- Сумасшедшая! Да и вообще, почему ты так уверена, что это его портфель? Может, просто похожий?
- Потому, что после того, как бухгалтерша кое-кому рассказала о нем, её попытались убить. Будь это другой, с ней ничего бы не случилось.
- Ну, так почему её не убили? - хмыкнул Григорий.
- Не успели! Думаю, злоумышленника спугнуло появление нашего "Москвича". Пришлось ему оставить свою жертву и делать ноги.
- И ты считаешь, что это был я? - сердито спросил Гришка.
- Точно!
- Можно спросить, почему?
- Из всех, кто знал об этих деньгах, только ты вечно в них нуждаешься. Еще бы! Нина-женщина дорогая, чтоб такую удержать, нужно прилично тратить. А тут такая сумма!
Услышав про Нину, он так и встрепенулся:
- Откуда тебе про неё известно?
- Тоже мне, тайна! Да об этом половина города судачит! Думаешь, твоя конспирация кого-то обманула? У всех же есть глаза! - не моргнув соврала я.
Григорий глубоко задумался, потом тряхнул головой, соглашаясь с собственным решением , и путанно забормотал:
- Ну, раз ты знаешь про Нину... могу тебе сказать... В общем, в тот вечер... когда Тихомирова убили ... я у неё был. Мы с соседкой и её хахелем в карты играли и допоздна засиделись. Игорек часам к двум ночи спекся, а Люська, так та только под утро от нас ушла. Я все время с ними был и, значит, не мог Тихомирова убить. А тогда и Марину не я... А уж про Степана... Чего мне его трогать?
- Про Щапова ничего сказать не могу. А, что этих двоих ты прибил, уверена. Портфель-то у тебя оказался! - твердо стояла на своем я.
- Да я случайно его нашел! Пришел утром на работу, мимоходом глянул на ларь с песком, что рядом с лестницей стоит, а за ним он лежит. Смотрю, совсем новенький, из дорогой кожи, только замки поломаны... Ну, думаю, раз какой-то слишком расточительный хозяин его выбросил, можно и себе взять. А что замки не в порядке, так это пустяки! Откуда мне было знать, что это Тихомировский портфель?
Излагал Григорий свою версию очень убедительно и я заколебалась. Может, действительно нашел, а я на него напустилась? Мучимая сомнениями, неуверенно спросила:
- Чего ж теперь его не носишь?
Григорий уловил мои колебания и торопливо выпалил:
- Так Николай запретил! Увидел меня во дворе с этим портфелем и спросил, где я его взял. Я честно ответил, что нашел. Еще, дурак, похвалился, что за так добротной вещью разжился. Показал ему поломанные замки, а он вдруг как раскричится. Орет, что я, мол, его позорю. Кто-то из сотрудников бросил ненужную вещь, а я подобрал. Отнял и приказал о нем даже не вспоминать. Сказал, ему людей стыдно. Побирушкой обозвал. А чего орать? И никакой я не побирушка, просто бережливый.