Тем не менее, как не уставал подчеркивать Мак, никто не требовал от меня становиться чемпионкой мира. Моя задача заключалась в том, чтобы научиться основам серфинга. То есть мне надо всего лишь постараться встать обеими ногами на доску, несущуюся с огромной скоростью на гребне гигантской волны, и продержаться на ней какое-то время. Проще простого!
Почему-то меня не удивляло, что у Фай все получалось быстрее и лучше. К середине апреля она вставала на ноги практически на каждой волне и, судя по всему, была в состоянии продержаться на ней несколько секунд. Я говорю «судя по всему», поскольку, проводя большую часть времени под водой, а не на ее поверхности, не могла лицезреть успехи подруги. Однако я не сомневалась: у нее все прекрасно получается и выглядит она при этом весьма премило. Когда Дэйв заявил, что у таких маленьких серфингистов, как Фай, преимущество из-за низко расположенного центра тяжести, отчего им легче балансировать на доске, я ухватилась за его слова как утопающий за соломинку.
– У меня центр тяжести находится высоко, – объясняла я каждому, кто готов был меня выслушать, после сотого падения с доски. – Мне просто не повезло с математической точки зрения.
Большинство ребят обычно просили меня заткнуться.
К тому же не стоило забывать (еще один аргумент), что Фай весила очень немного. Обладай я комплекцией спички, вне всякого сомнения, вспрыгивала на доску, как газель, и неслась по волнам сколь угодно долго. Мне же, для того чтобы держаться на борде прямо, приходилось изо всех сил бороться с притяжением земли, как жирному тюленю, пытающемуся ходить на ластах. Да, Бог не дал мне ни таланта, ни изящества, зато наградил упорством. В общем, я верила: в мире спорта найдется место для нас обеих.
По мере того как уменьшался мой страх и росла решимость, мне все чаще удавалось занимать на борде более или менее правильную позу. К концу месяца мое чувство собственного достоинства было безжалостно смыто океаном. Я забыла, что такое маникюр и парикмахерская. Отныне неотъемлемой частью моего имиджа стали сломанные ногти и жесткие от соли, выгоревшие волосы. А краситься я стала меньше, чем монашки. Удивительно, но факт: меня перестала беспокоить собственная внешность. Единственное, чего я хотела, – это научиться стоять на доске!
И мне это в конце концов удалось. Первого мая, когда лучи полуденного солнца отразились в моей последней на тот день волне, я, как обычно, уперлась руками в борд, приподнялась и… легко вскочила на ноги. Без малейшего усилия! Неожиданно это оказалось так легко. Подобное обычно случается, когда ты в первый раз спокойно едешь на велосипеде без страховочных колес и расквашенного носа, искренне недоумевая, почему раньше это казалось таким трудным делом. И здесь произошло то же самое. К сожалению, я сама была так поражена своей прыткостью, что от волнения не удержалась на ногах и, не успев крикнуть победное «Посмотри на меня!», слетела с борда. Однако факт оставался фактом – мне удалось прокатиться на волне стоя. Конечно, я держалась на доске не так долго, но все же достаточно для того, чтобы у меня появилась надежда. К тому же теперь мне тоже было чем хвастаться перед остальными.