– Как выглядит Паньшин? – хрипло прошептал Лок.
– Что? – Любин удивленно взглянул на него. – Низенький, толстый, седые волосы. Куча колец, браслеты.
– О'кей, давай найдем его.
Клуб повернулся в пальцах Тургенева, как монетка: безопасное укрытие превратилось в ловушку. Если они оставили здесь не больше горстки бойцов, то, значит, Тургенев хотел, чтобы Воронцов и его команда застряли внутри, пока что-то будет происходить в другом месте. Лок пнул одну из хрупких фанерных дверей, и та с треском распахнулась. Он отскочил в сторону, чтобы не попасть под огонь. В комнате было сумрачно, пахло едой и табаком. Он пошарил рукой по стене за дверью и включил свет. Стол, четыре тарелки с объедками, вилки, бокалы, пепельницы. Разочарование причиняло почти физическую боль.
Лок пнул другую дверь.
– Паньшин, иди сюда! – прорычал он.
– Эй! – Любин не успел выкрикнуть предупреждение.
Лок упал на одно колено, жестко выставив руку с пистолетом, и трижды нажал на спусковой крючок за то время, пока магазин «Калашникова» опустошался в потолок и стены коридора. Стрелок, сраженный его выстрелами, падал на спину, продолжая нажимать на курок. Коридор наполнился пороховыми газами и алебастровой пылью.
Лок оглянулся на Любина. Молодой человек сидел, привалившись к стене, с выражением благоговейного ужаса на лице. Он поднял трясущуюся руку к лицу и провел ладонью по окровавленному виску. Потом он посмотрел на Лока и криво усмехнулся, показывая ему окровавленные пальцы. Касательное ранение.
Лок кивнул. На лестнице послышались тяжелые торопливые шаги. Любин обернулся с пистолетом наготове, но это был Дмитрий. Алебастровая пыль тонким слоем оседала на его плечи, влажные от растаявшего снега. Воронцов замешкался на верху лестницы, чуть ли не вдвое согнувшись от боли в ребрах.
– Где Паньшин?
Лок указал пистолетом на дверь, из-за которой появился автоматчик. Присев рядом с дверным проемом и нелепо вывернутыми носками сапог мертвеца, он через щель заглянул внутрь.
Комната купалась в свете хрустальной люстры и настольной лампы. Паньшин восседал в кресле за письменным столом, словно карикатура на гангстерского босса. Его пухлые руки с унизанными перстнями пальцами лежали на виду на кожаной обивке стола, глаза невозмутимо смотрели на Лока. Он не боялся, но почему?
Лок рывком распахнул дверь. Касьян находился не сразу же за ней, а слева у стены. Лок дважды выстрелил из «Макарова», держа оружие прижатым к боку и ощущая опаляющий жар выстрелов. Касьяна отбросило к дальней стене кабинета, где он медленно сполз в сидячее положение; черты его лица еще несколько секунд сохраняли удивленное и хитроватое выражение. В комнате была еще одна дверь. Видимо, Касьян поднялся по лестнице, связывавшей кабинет с первым этажом.