— Ну и ну! — Стэн убрал руку с камней, повернулся к Марике, взял её за подбородок и пристально посмотрел ей в глаза: — Кто настроил тебя на портал?
— Никто. Я... я сама...
— Сама? — недоверчиво переспросил Стэн. — Как это?
— Не знаю. Правда не знаю. Может быть, мама настроила меня, когда я была маленькой.
Стэн хмыкнул.
— Вот так сюрприз!.. И долго это продолжается?
Лгать не было смысла, и Марика честно ответила:
— Три года. Уже больше трёх лет.
— Проклятье! — Стэн до боли прикусил губу.
Между ними повисло неловкое молчание. Марика нервно теребила пуговицу жакета. Она понимала, что вскоре Стэн соберётся с мыслями и устроит ей форменный допрос. И раз уж так получилось, что он поймал её с поличным, то теперь не отступится, пока не добьётся правды. А если сказать, что у неё есть любовник? Это именно то, что брат ожидает и так боится услышать...
— Открывай, — глухо произнёс Стэн.
— Что?
— Портал открывай, что же ещё. Я хочу знать, где ты была.
Марика решительно покачала головой:
— Нет, Стэн. Извини.
Упрямство сестры не на шутку разозлило Стэна.
— Ты отказываешься?!
— Да. — Марика положила руки ему на плечи. — Ну, пожалуйста, забудь об этом. Поверь, так будет лучше для нас обоих.
— Это мне решать, что лучше для нас обоих, — сказал Стэн и резко, чуть ли не грубо, оттолкнул от себя Марику. — Последний раз тебя спрашиваю: ты откроешь портал?
— Нет.
— Ну что ж... — Стэн отошёл от стены и устремил задумчивый взгляд на гобелен. Только сейчас Марика заметила, какой утомлённый и потерянный вид у брата. Казалось, за эту ночь он постарел лет на десять. Неужели из-за неё? Хотя вряд ли...
— Значит так, — после паузы заговорил Стэн. — Сегодня же портал будет замурован. Также я распоряжусь заколотить дверь кабинета, а ты немедленно переселишься в другие покои.
Сердце Марики упало. Фактически, это был смертный приговор её отцу. Состояние сэра Генри только-только пошло на улучшение, и в этот самый ответственный и опасный момент всё идёт наперекосяк. Если сейчас она надолго исчезнет, то непременно наступит рецидив, и кто знает, доживёт ли отец до её возвращения. А если даже доживёт, сумеет ли она, начав по-новому, вторично победить болезнь.
— Но, Стэн...
— Так я решил, сестра. Я твой старший брат и должен заботиться о тебе. Я не могу допустить, чтобы ты и дальше проводила ночи невесть где... и невесть с кем. — В последних словах Стэна явственно сквозила горечь.
— А если... — робко начала Марика, — если я скажу тебе, если я поклянусь, что у меня нет никакого мужчины. И не было. Ты не обязан верить мне на слово. Пригласи лекаря, пусть он проверит, девственница ли я. Или сам проверь — я не возражаю.