Словно прочитав его мысли. Тесс воскликнула:
– Я не хотела лгать тебе, Хит! Прости меня, так уж вышло.
– Вы полагаете, что мисс Рид подразумевала в своем предсмертном письме именно тот случай? – спросил Бернард.
– Мне больно думать, что она была обо мне такого дурного мнения, – с грустью промолвила Тесс. – Я понимаю, что совершала неблаговидные поступки. Но поверьте, они не настолько ужасны и в конечном счете оправданы соображениями высшего порядка.
– Так кто же этот человек? – спросил Биллс.
– Высокопоставленный чиновник министерства иностранных дел господин Тристрам Уитон, – выдохнула Тесс.
Хит заскрипел зубами.
– Вот уже два года, как я являюсь его секретным агентом и снабжаю его информацией, – добавила Тесс.
– Информацией? – переспросил изумленный Хит. Биллс смерил своего друга многозначительным взглядом и спросил:
– А ты о чем подумал?
– Так вы тайный агент секретной службы его величества? – выпрямив спину, спросил Бернард, в чьих глазах вспыхнул живой интерес.
– Да, именно так, – подтвердила Тесс. – Книготорговля – всего лишь прикрытие. Идею заняться этим бизнесом подал мне Уитон, и теперь я, как видите, преуспеваю на этот поприще.
– Вам ведь нравится торговать книгами? – спросил Биллс.
Она обернулась и ответила, глядя в его мудрые глаза:
– Очень! Я даже сама этого не ожидала. И, честно говоря, приятно быть независимой деловой леди, способной самостоятельно обеспечивать себя.
Бернард поскреб подбородок и спросил:
– Однако же первоначальный капитал вам предоставили сотрудники разведки, не так ли?
– Да, разумеется. Ведь у меня тогда не было ни пенни.
Узнав, что она тайный сотрудник министерства иностранных дел, Хит испытал огромное облегчение. Особенно же его порадовало то, что она ему не солгала относительно своих отношений с мужчинами.
Бернард вновь забарабанил пальцами по столу.
– А какого сорта и кому вы поставляете информацию? – спросил он. – Кто оказывается в сфере вашего внимания?
– Это решает Уитон. Как правило, он рекомендует мне поближе присмотреться к людям, испытывающим временные финансовые затруднения, а также к тем, кто имеет родственников во Франции либо симпатизирует политике Наполеона.
– Значит, ты разведчица, – подытожил с удовлетворением Хит. Теперь ему стали понятны ее скрытность, необъяснимые источники доходов, активная общественная деятельность. – Не потому ли ты втайне побывала в спальне графини ди Нотари? – спросил он. – Наверное, она заинтересовала твоих шефов?
– Да, особенно Уитона, – сказала Тесс.
– Осмелюсь предположить, что и в Общество содействия процветанию и образованию женщин вы тоже вступили не без задних мыслей? – предположил Биллс.