– А почему ты не пригласишь его к нам? – спросил Юрий Алексеевич, воспользовавшись возникшей паузой.
– Я приглашала, – призналась Незнакомка. – Но у него времени нет… Занятия допоздна…
– Стало быть, ему девятнадцать?
Ольга кивнула.
– На актера учится?
– Да.
– Красивый, наверное, парень…
– Очень, – призналась Ольга.
Отец надолго замолчал. Незнакомка тоже не знала, что еще сказать. Ей казалось, она может говорить об Артеме бесконечно, а вот начала – и поняла, что рассказывать в общем-то и нечего… Конечно, если б они познакомились с папой, было бы совсем другое дело! Тогда бы и говорить ничего не пришлось.
– Я тоже должен тебе кое-что… – Юрий Алексеевич запнулся и поднял на нее полные грусти глаза.
Олино сердце сжалось в комок. «Как же он изменился, – подумала она. – Вид прямо изможденный какой-то… А руки такие худые стали…»
– Только пообещай, что не будешь плакать… Во всяком случае, при мне…
– Да говори же! – не выдержала Незнакомка.
Она чувствовала всем сердцем, что сейчас должно произойти что-то страшное, непоправимое.
– Плохи мои дела, Олька… – сказал отец, глядя куда-то в сторону окна. Потом он повернулся к ней, прерывисто вздохнул и попытался изобразить на лице подобие улыбки.
– Папа! – Она вцепилась в его руку.
– В общем, Олька, я с тобой месяца полтора еще пробуду… Или даже меньше… Предлагают на операцию лечь… Но я-то знаю, что уже поздно… И потом, все эти операции и облучения только продлевают страдания… всех.
…В ушах раздался звон. Тонкий, противный. Контуры окружающих предметов вдруг дрогнули, покачнулись, а в следующую секунду к ней вернулось на миг ощущение ночного кошмара. Проснувшись среди ночи, Оля не помнила свой сон, да и помнить-то там было нечего… Сон этот не имел сюжета и вообще не содержал в себе никаких событий. Ей приснилось чувство. Такое с Ольгой и раньше случалось, когда снились не события, а именно чувства, состояния души. Однажды ей приснилось даже, что она… размер. В том сне она то разрасталась до бесконечности (при этом ее телесная оболочка отсутствовала), а то вдруг сужалась, сжималась вся до ничтожно малой крупицы…
Чувство или состояние, которое приснилось ей сегодня, Оля, наверное, не смогла бы назвать одним словом, потому что никогда раньше не испытывала ничего подобного. Она даже пошевелиться вначале боялась. Все мышцы были скованы оцепенением, а душа – леденящей пустотой утраты. Еще это можно было бы назвать чувством или ощущением отсутствия того, кто всю жизнь, с самого рождения, находился рядом. Ощущение это было настолько непривычным, нереальным даже, что Олина душа, казалось, не-способна была вместить его в себя. Счастливая от осознания того, что это только сон, через какое-то время Оля снова заснула, а наутро само воспоминание об испытанном ночью кошмаре бесследно, казалось, стерлось из ее памяти. Но вот сейчас оно вернулось. В ушах продолжало звенеть, и если бы это состояние продлилось дольше, Оля, скорее всего, потеряла бы сознание. Но ощущение утраты самого дорого человека на свете было столь же сильным, сколь и мимолетным. Видно, правда, что Господь посылает человеку только то, что тот способен пережить…