– Для кого это ты столько? – увидев порцию явно не на одного едока, спросила Марина.
– Тебе и мне. Я давно за тобой наблюдаю. Видела, видела я из окна тебя и молодого человека, – улыбнулась Алиса. – Колись, кто такой.
– Ну, Штирлиц! – покачала головой Марина, намыливая руки. После мороза вода казалась теплой, приятной. – Так ты специально меня заманила?
– Ты давно не заходила, согласись. Неужели я напрягла тебя?
– Нет, нет. Просто у меня никогда не было от тебя секретов. И на этот раз – еще не о чем рассказывать. Разве только, я точно поняла, что у него нет плохих намерений, и он своеобразно ухаживает за мной. – Марина подсела к столу. – Зовут его Тимур. Да, именно тот Тимур, который месяц назад напугал меня до смерти.
– А теперь?
– Я стала смотреть на него другими глазами, – покраснела Марина. – Не знаю, что чувствую, но мне нравится, что он рядом.
– Давно пора открыть список своих любовных приключений, – заметила Алиса. Подруга махнула рукой. – Ты не отмахивайся. Войдешь во вкус и тогда поймешь, что не все определяет красота, одежда. Главное, что излучает сама женщина. Потоки магического притяжения, мимо которого мужчины пройти не в силах.
– Ты говоришь, как умудренная опытом мадам.
– Не буду набивать себе цену, но кое-что об этом мне давно известно.
Марина только открыла рот, чтобы по-свойски спросить: «Не со времен ли встреч с Кириллом?» – но что-то остановило ее. Алиса заметила это.
– Ты хочешь что-то спросить, Маришка?
– Ага, когда кормить будешь – я умираю от голода, – выкрутилась та, но подруга подозрительно посмотрела на нее. – Соловья баснями не кормят, вот.
Они проболтали еще несколько часов. Уже был съеден ужин, выпит ароматный чай с халвой, а разговор плавно переходил от одной темы на другую. Звук открываемой двери означал возвращение родителей. Алиса подняла голову на настенные часы – было одиннадцать часов. Время пролетело незаметно. Зингеры-старшие обрадовались Марине. Ей тоже, как всегда, было невероятно приятно сознавать, что двери этого дома гостеприимно раскрыты для нее.
– Однако время позднее. Мы совсем заговорились с Лялькой. Мне пора, – улыбаясь, Марина вышла их кухни в просторную ярко освещенную прихожую. – Спасибо за ужин. Спокойной ночи.
– Спокойной ночи, милая, заходи почаще. Мы всегда тебе рады, – заботливо поправив высокий ворот Маринкиного свитера, сказала Софья Львовна. Быстрым взглядом она окинула девушку с головы до ног. Покачала головой: наверняка мерзнет, бедняжка, но, кажется, ее это мало тревожит. К тому же в глазах Марины появился незамеченный ранее озорной блеск, а губы сами расплываются в довольную, спокойную улыбку. Женщина не сдержалась, чтобы не отметить: – Хорошо выглядишь, необычно. Наверняка есть причина.