– Я думаю, – заметил Волосняков, – что хозяева кафе все подходы к своему заведению снизу перекрыли. Такие заведения и воры посещают, и вообще, хозяевам наверняка есть, что скрывать…
– Это я предположил… – согласился капитан Ламберт. – Но я знаю, во-первых, что внутренние перегородки обычно строят в полкирпича, во-вторых, я знаю качество современных строительных растворов, в-третьих, я знаю ударную мощь не только кулака, но и ноги старшего прапорщика Волоснякова. Для нас такая стена преградой стать не может…
– Согласен, – сказал я. – Проведите разведку… Пока только разведку, а потом – посмотрим… Связь держите… Я жду на улице, только придется перебраться ближе…
– А вот этого, товарищ подполковник, делать не следует. Ваша машина слишком заметная… – проявил разумную заботу старший прапорщик. – Перебирайтесь в мой «москвичонок»… Обзор, как с телебашни – все видно… И в такой машине вас искать не будут…
– Уговорил… Иду… – без раздумий согласился я, понимая, что Волосняков прав.
* * *
Я сел в «Москвич» старшего прапорщика, сразу почувствовав разницу в уровне удобств – даже для кратковременного сидения – между своей новенькой машиной и этой развалюхой, а Ламберт с Волосняковым, перебросившись парой фраз, разошлись, чтобы войти во двор с разных сторон и начать поиск вентиляционной шахты, совмещенной с запасным выходом, или вообще входа в подвал, который нетрудно можно было бы открыть. Для сложного взлома у нас не было ни условий, ни приспособлений. Поэтому путь предстояло найти самый легкий. «Подснежники» были у всех включены, и мы могли спокойно общаться и давать друг другу советы. Вернее, советы давали друг другу старший прапорщик и капитан, а я только слушал их разговор, но подсказать мне было нечего, поскольку происходящее я не видел. В мою задачу входил контроль за обстановкой со стороны фасада. Посетители кафе собирались, очевидно, не только завтракать там, но и обедать и, может быть, ужинать… Интересно, кто оплачивает их кормежку…
Я смотрел на двери, огороженные кладкой из природного камня, покрытого лаком для придания эффекта сырости, и слушал переговоры Ламберта с Волосняковым.
– В тех кустах посмотри, за мусорными баками… – посоветовал старший прапорщик. – Да не ходи ты туда, просто кусты раздвинь…
– Нет… С той стороны пусто… Я уже смотрел… Может быть, позади детской площадки. А ты за гаражами поищи…
Из этого разговора я сделал вывод, что на открытом и доступном взгляду месте двора вентиляционных шахт нет. Похожий дом, в котором я жил в другом городе, тоже имел вентиляционные шахты, но они находились на открытом месте, посреди заасфальтированного большого двора. Но это тоже было с полтора десятка лет назад. А здесь их вообще могли бы давно убрать и завалить выходы землей или камнями. Эти бомбоубежища строились по проектам тех времен для защиты от оружия тех времен, а потом надобность в них сама собой отпала. Тогда, может быть, стоит все же поискать вход в подвал, который поддастся банальному взлому. В самом-то деле, никто не будет ставит на вход в подвал сейфовые двери из легированной стали… Но я поторопился с выводом…