Подруги обедали в маленьком кафе на Трейдер-Вик. Гейли не виделась с ними две недели, как и со многими другими людьми. Бренту хотелось постоянно быть с ней наедине, их желания совпадали, поэтому она едва успела познакомиться с очаровательной, по-матерински ласковой экономкой Брента, миссис Ричардсон. Он немедленно отослал Мери на каникулы к дочери – возиться с внуками, и добрая женщина с удовольствием подчинилась, слегка растерявшись в первый момент от неожиданности. Когда Гейли позвонила Джеффу, чтобы получить небольшой отпуск, он сразу согласился, попросив об одном: держать его в курсе перемещений.
Гейли провела соломинкой по соленому краю бокала с «Маргаритой».
– Ну же! – повторила Лиз. Белое вино стояло перед ней нетронутое.
Гейли пожала плечами и уселась поудобнее, облизывая соломинку и таинственно улыбаясь подругам.
– Ладно-ладно. Лучшего времени в моей жизни не было. До Брента я не сталкивалась ни с чем подобным.
– О… – обмерла Лиз и вздохнула. – Это так романтично!
– Романтично, – согласилась Тина недовольным голосом. – Но пока нет ни одной стоящей подробности. Выкладывай все по порядку.
Гейли вальяжно откинулась на спинку дивана. Взгляд ее стал рассеянным, словно она погрузилась в воспоминания.
– Это похоже на… на начало жизни! – подыскала нужное слово рассказчица.
Тина тревожно переглянулась с Лиз. Дело плохо. Это не рядовое увлечение. Гейли, их стойкая и практичная подруга, заговорила, как актриса на сцене.
– А как насчет двух недель?! – прервала мысли подруги Лиз.
Гейли остановила взгляд на собеседницах:
– Я собираюсь за него замуж. Такие дела.
Лиз поперхнулась глотком вина и обменялась с Тиной взглядом.
– Надеюсь… ты имеешь в виду – в будущем? Гейли радостно рассмеялась и оживленно сверкнула глазами:
– Конечно, в будущем, в настоящем я сижу с вами и обедаю.
– О нет, нет… – начала Тина. Гейли подалась вперед:
– Он красив, как Адонис.
– Во всех местах? – с неприкрытым любопытством прервала ее Лиз.
– Лиз! – запротестовала Тина.
– Эй, это ты просила подробностей: «Все-все, до самой мельчайшей интимной детали», – передразнила ее подруга.
Гейли безмятежно улыбалась, хотя предпочла бы расхохотаться во весь голос. Но она лишь шире улыбнулась и сказала Лиз низким, хрипловатым голосом:
– Во всех. Девочки, он изумителен. С головы до пят и посередине.
– О, – смягчившись, заметила Лиз. – Как романтично.
Официантка принесла обед. Гейли не столько ела, сколько ковыряла вилкой в тарелке. В ее глазах снова появилось задумчивое выражение. Тина тоже оторвалась от еды.
– Нет, это замечательно, когда люди влюблены, а любовь взаимна, – твердым тоном заговорила она. – Но, Гейли, милая, ты меня пугаешь.