* * *
Почти год после смерти герцога Жанна провела в каком-то сером унынии.
Она сама удивлялась своему состоянию: ведь старость герцога была главным из его достоинств, когда Жанна избрала его своим будущим супругом. Рано или поздно, но такой конец был неизбежен.
Но оказалось, и знание это пришло, как всегда, слишком поздно, что впервые в сознательной жизни, после сурового монастыря и родного дома, где она была непристроенной обузой, Жанна попала в теплые руки человека, который ее по-настоящему любил и заботился о ней.
Теперь ей казалось, что она второй раз потеряла отца…
Вдовое положение Жанны было сложным.
Кроме нее у герцога было достаточное количество законных наследников, не считая многочисленных бастардов, а поскольку брак был коротким и ребенком не увенчался, то, кроме небольшого денежного вспомоществования, рассчитывать на что-то еще просто наивно и опасно. Примерно так ей объяснил положение дел вестник из герцогства.
Ноющее сердце Жанны подсказывало, что это еще не все беды.
Но даже горести и неприятности, если они длятся долго, становятся привычными и в их русле человек опять начинает находить маленькие радости, выводящие его в светлую полосу жизни.
Жанна нашла свою первую любовь…
* * *
Небольшой неофициальный вечер был устроен в честь прибытия посла Венецианской республики во Франции Дзаккарии Контарини.
Двор давно отказался от помпезных развлечений. И из-за траура по жене и любовнице герцога Франсуа, и из-за того, что «безумная война», как ее уже окрестили в кулуарах, поглощала все больше средств.
Поэтому развлечения двора приобрели оттенок камерности. Недостаток денег возмещался всплеском культуры. Разговоры вертелись, в основном, вокруг литературы и музыки. (Что весьма, правда, не устраивало многих придворных, вынужденных ломать мозги, читая заумные произведения и заучивая нужные цитаты.) Зато посещающие Бретань гости поражались изысканной атмосфере двора.
Жанна чуть запоздала к началу, потому что новое платье, которое привезли буквально за час до начала, оказалось чуть длинноватым и пришлось его срочно укорачивать.
Впрочем, она задержалась бы и подольше, если бы не боязнь пропустить что-нибудь интересное.
Жанна вошла в зал с задумчивым и чуть печальным выражением лица, которое появилось у нее после смерти герцога. И очень ей шло.
Жанна, конечно же, прекрасно об этом знала, и менять его на более веселое в ближайшее время не собиралась.
Буквально с порога к ней попытался подольститься хлыщеватый шевалье из числа тех, что сонмом роились вокруг молодой красивой вдовы, вызывая чувство раздражения у остальных дам.