Самые опытные агенты только разводили руками.
Ночью Скорина разбудил телефонный звонок. Звонил Дерковский из МУРа, работавший по убийству Елены Лаврецкой.
– Немедленно приезжай на Сретенку.
Убита была семья скупщика краденого Глухова по кличке «Глухарь». Хозяина квартиры пытали и приколотили его руки к столу гвоздями.
– Работали наши клиенты, – сказал Дерковский, – но это не урки.
Блатники, даже арестованные, могли сдать подельника, но скупщика краденого – никогда.
Глухарь в московской блатной иерархии был человеком заметным и уважаемым. Он всегда выручал воров деньгами под будущее дело и никогда не брал процентов. Мог бескорыстно помочь вернувшимся из лагеря. Он слыл зажиточным, потому что имел дело с камнями и драгметаллами.
На следующий день в Сандуновских банях Скорин встретился с вором в законе Митрошей. После парилки пили пиво в кабинке с плотными шторами.
– Игорь Дмитриевич, я тебя уважаю, но мокрушников этих мы сами найдем и по нашим законам накажем. Они у Глухаря много чего взяли, там на сохранении лежали вещи авторитетных людей.
– Пока ты их искать будешь, они опять намокрушничают, на шестерых деревянный бушлат одели. Ты умишком-то раскинь.
– За Глухаря мы все равно должны получить.
– На зоне или в крытке получите за него за всю масть.
– Обещаешь?
– Обещаю.
– Я тебе верю, ты честный опер. Если что узнаю, тут же сообщу.
Но помощь Митроши не понадобилась. В письменном столе Лаврецкого при обыске нашли блокнот с номерами облигаций золотого займа. Вполне естественно, что эти номера были разосланы во все сберкассы Москвы и области.
И вот в угрозыск позвонили из сберкассы в Химках. Пришел человек с облигациями, номера которых совпадали с ориентировкой.
Человека взяли. Он оказался прорабом-строителем.
Задержанный рассказал, что продал мотоцикл трем хорошим ребятам и те предложили ему вместо денег облигации золотого займа.
Разницы не было. Эти облигации в сберкассах принимали один к одному. Он их тратить до тиража не хотел, а тут подвернулась трофейная легковушка ДКВ, он решил ее купить и пошел в сберкассу.
По дороге прораб вспомнил, что покупатели говорили о Долгопрудном.
Три дня милицейская облава катилась по Долгопрудному. Проверяли все гаражи, сараи, голубятни. Мотоцикла не было.
На четвертый день на самом краю поселка наконец нашли искомое. Хозяин, бойкий старичок, пояснил, что к нему обратились очень вежливые люди, попросили присмотреть за мотоциклом и хорошо заплатили за беспокойство.
Решено было оставить засаду.
За мотоциклом явились через два дня. Человек вошел во двор, поднял брезент, начал осматривать мотоцикл.