— Трез! — тихо позвал он.
Трез глянул на него и облегченно кивнул.
— Я был уверен, что ты еще живой.
— Почти живой. Как я, похож на кеш-человека?
— Не очень. Крепче закутайся в плащ. Когда мы будем возвращаться с базара, подойти к правому переднему колесу у правого животного.
Через час повозка вернулась обратно и медленно подъехала к Рейту. Трез спрыгнул, будто бы собираясь лучше закрепить бочки и встал так, что сзади ничего заметить было нельзя. Рейт подскочил и спрятался под правым животным.
Под передними ногами животного была большая складка кожи, словно гамак. В этот гамак и залез Рейт и повозка поехала дальше. При этом ему ничего, кроме брюха животного. видно не было.
Судя по звуку, повозка остановилась. Он услышал голоса, и перед ним появились остроносые сандалии постовых. Наконец повозка поехала дальше и погромыхала через двор в сторону гор. По подсчетам Рейта прошло слишком много времени, пока Трез соизволил остановиться.
— Можешь вылезать, нас никто не видит, — сказал Трез. С облегчением Рейт выпрыгнул наружу, сорвал с себя накладной парик, швырнул дурно пахнущий плащ, куртку и рубашку в яму и оперся на одну из бочек.
— Ты ранен? — озабоченно спросил Трез.
— Нет, только очень устал. Но главное — я живой. — ответил Рейт, — За это я должен быть благодарен тебе и. надо отметить, Эмминку. Трез бросил на возницу мрачный взгляд.
— Этому? С ним вообще надо как следует разобраться и поговорить.
— А, я понимаю, — сказал Рейт и посмотрел на явно перепуганного возницу, — В отношении его у меня тоже возникают некоторые недобрые мысли.
Эмминк повернулся к Рейту и улыбнулся.
— Уважаемый господин! Я вспомнил о вас и дал вам хороший совет еще до того, как узнал ваш высокий ранг.
— Высокий ранг!? — удивленно спросил Рейт.
— Совет Перы назвал тебя старейшиной и главой, — сообщил Трез. — А это, кажется мне, уже довольно высокий ранг.
Надо признаться, что у Рейта не было ни малейшего желания править в Пере. так как для этого ему в первую очередь потребовалась бы масса терпения и энергии. А кроме того. должность эта ограничивала свободу его действий, не давая при этом каких-либо значительных привилегий. К тому же. он все равно смог бы править, основываясь лишь на земных принципах человеческих отношений. А население Перы было куда более пестрым, чем где бы то ни было на Земле. Оно состояло из преступников, бандитов, монстров, гибридов всевозможнейших видов и типов, которые даже не поддаются никакому описанию.
Да и как удалось бы ему растолковать всем им понятия свободы и равенства, человеческого достоинства и прогресса?