– Потому что мы не можем оставить старый дом. Как он выдержит натиск ветра? Вы ведь не возражаете, Гейб?
Тот кивнул, не отрываясь от дела.
– Мы? Кто такие «мы»?
– Ах, ну да! Мы – это гильдия художников. Я, Фелиция, Марго, Элизабет, Хосе и Кармен, Желибин, Папа. Они сейчас работают у противоположной стены. А остальные скоро подойдут.
Гейб язвительно рассмеялся:
– Ну, знаете, Тесс. Похоже, на острове у вас появился целый фан-клуб. Думаю, вы сами расскажете всем этим людям, как проявляете заботу о Каса.
Она бросила на него красноречивый взгляд.
– Да-да, это прекрасно, что вы решили помочь. Передайте всем от меня огромное спасибо.
– А вы отправляйтесь в кровать. Отдохните. Мы обо всем сами позаботимся.
Тесс отступила от окна. Головная боль снова напомнила о себе. Так, значит, Гейб никому не сообщил о вчерашнем разговоре. И Тесс должна сейчас сама спуститься к этим милым, добрым людям и признаться в том, что она, подлая и лживая трусиха, с позором покинет город, как только упакует вещи.
Господи, они наверняка расстроятся, узнав правду! Кстати, хорошо, что у нее остались их визитки. Дома, в Индиане, можно подготовить целую серию открыток, навеянных флоридскими мотивами, используя эскизы художников из Ки-Уэста.
«Слабо, слабо, слишком слабо, Тесс, – стучало в голове. – Иди же к ним, посмотри этим людям в лицо. Они тоже имеют право знать правду. Как и Гейб».
Тесс не представляла себе, как осуществит задуманное. Впереди нет ничего, кроме боли. При воспоминании о реакции Гейба сердце забилось с удвоенной силой. Нет, нельзя о нем сейчас думать. Не допускать и мысли о раскаянии. Он едва ли захочет встретиться с ней лицом к лицу еще раз. Надо пока переждать в доме. И кстати, наконец-то принять душ.
Но прохладная вода почему-то не принесла облегчения: голова раскалывалась на части, на душе скребли кошки… Интересно, кто-нибудь умирал от головной боли? Или, быть может, от сердечной?
– Доброе утро, Тесс! Не удивляйся, но теперь я буду звать тебя хозяйкой ранчо, или, как говорят здесь, ранчеро. Итак, дорогая ранчеро, пища богов давно ждет нас. Давай скорее! – Марго быстрым шагом направилась в сторону кухни. Тесс едва поспевала за ней.
Трое женщин что-то усердно резали и перемешивали в больших посудинах. Тесс встретили дружескими приветствиями. И хотя она не понимала, откуда здесь эти женщины и что делают на чужой кухне, кто их прислал, Тесс улыбнулась им. Видно, душ все же сделал благое дело, раз соблазнительные запахи жареного лука, томатов и специй приятно будоражат аппетит.
– Слава Богу, Гейб уехал. Надеюсь, теперь он не вычислит, что мы с тобой близкие подруги.