— Вы очень добры и очень нам помогли. Где мы можем ее найти?
— Я провожу вас до двери и покажу. Ее коттедж как раз напротив через площадь. Она наверняка дома. Теперь она не очень-то много передвигается. Ее дочь приходит и делает все необходимое.
— Что ж, большое спасибо.
— Я только жалею, что не могла помочь больше.
Она остановилась в дверях и указала на коттедж через луг, считающийся площадью.
— Постучите, — сказала она. — Она крикнет вам, чтоб заходили. Она любит посетителей. Проблема с ней в том, что, начав говорить, она не знает, когда пора остановиться. Надеюсь, у вас полно времени!
— Весь день, — сказал Джон. Мы пересекли площадь.
— Что ж, — сказал он. — Мы не совсем впустую пришли.
Все было так, как сказала хозяйка дома. Мы постучали, и нам велели войти.
Миссис Клинт лежала в постели, очень бодрая старушка в белом чепце, из-под которого выбивались седые волосы; на руках, похожих на птичьи лапы, были шерстяные митенки.
— Я думала, это моя дочь, которая пришла с бульоном на обед, — сказала она. — Кто вы?
— Мы должны извиниться за то, что побеспокоили вас, — сказал Джон. — Но дама из большого дома через площадь сказала, что вы, может быть, сможете нам помочь.
— Это миссис Карстерс из Лондона. Они нездешние. Чего вы от меня хотите? Подайте стул молодой леди, а вы можете взять вон тот камышовый. Учтите, он немного слабоват. В этом году старина Боб не приходил с ремонтом. Не знаю… нынешний народ. Бывало, он приходил точно, как часы. Он чинил стулья и точил ножницы. Когда-то на него можно было положиться. Чего же вы ищете?
— Марка Чессингема или Эдварда Комптона.
— Марк как-его-там… Такого нет. А если вы ищете Эдварда Комптона, вам нужно на кладбище.
— Возможно, у нас неверное имя, — сказал Джон. — Мужчина, которого мы ищем, высок и светловолос. У него легкий акцент… Возможно, немецкий. Очень слабый… почти незаметный.
— О да, — возбужденно подхватила я. — Я помню это. Значит, вы тоже заметили.
Миссис Клинт почесала голову сквозь чепец.
— Двадцать лет или больше, как весь дом сгорел. Дети… Это был удар для деревни. Теперь немногие помнят… только мы, старики.
Она помолчала.
— Говорите, небольшой акцент, и жил он здесь… Я только раз слышала о немецком акценте. У моего сына Джимми ухо улавливало такие вещи. Он был строителем и уезжал со своим хозяином за границу на какую-то большую работу. Когда вернулся, он говорил, что у Даулингов немецкий акцент. Мать немкой была, понимаете. От Даулинга было мало проку. В то время работал в большом доме. Выпивка была… его погибелью. Так и не нашел работы после того, как поместья не стало.