— Вы христианин? — изумленно спросила она и дрожащими руками протянула ему четки.
Глаза человека широко раскрылись от удивления.
— Dona de relia geon allinerr? — с подозрением спросил он.
Мириэль беспомощно покачала головой и снова протянула четки, надеясь, что священный символ скажет все за нее.
— Я так долго шла, — тихо проговорила она.
Внезапно послышались гневные крики и топот. Появился еще один человек, много моложе первого, но одетый так же, а за ним ворвался целый взвод воинов в боевой раскраске. Один из них вырвал у Мириэль четки, а молодой вождь набросил на Чашу вышитый покров и гневно закричал на старика.
По приказу командира стража потащила девушку в глубь пирамиды. Ее затолкали в маленькую комнатушку, одну из множества одинаковых келий с толстой медной решеткой вместо дверей. Мириэль вырывалась и кричала, но все было напрасно. Ее швырнули внутрь так, что она ударилась о дальнюю стену своей темницы. Правда, тут же вскочила и бросилась к решетке. Говорят, что медь мягкий и податливый металл, но решетка показалась девушке тверже железа.
— Пожалуйста! — кричала она, простирая руки.
Молодой вождь взглянул на нее, но, даже если и понял мольбу пленницы, ничем этого не показал. Через мгновение он повернулся и пошел прочь.
«Неужели это — моя судьба? Я так долго шла, чтобы стать пленницей странного племени? Что ждет меня впереди?»
— НЕ СТРАШИСЬ.
Среди ночи ее снова пробудил Голос. Мириэль посмотрела на ангела полными слез глазами. Она прошла весь этот путь, чтобы защитить Грааль, — и попала в плен к дикарям, а Грааль охраняют так, как ей самой никогда не удастся.
«Все было напрасно», — в отчаянии думала она.
— ЭТО НЕ ТАК, СЕСТРА, — мягко упрекнул ее ангел. Светящееся существо простерло крылья, и в их ослепительном свете Мириэль узрела видение.
Она увидела, как в речной город приходят европейцы. Город казался куда меньше прежнего — на месте каменных строений вырисовывались лишь холмы, но люди были похожи на теперешних. Белые пришли с миром, они принесли с собой одеяла и ружья для обмена на меха.
Затем Мириэль увидела, как люди речного народа умирают в своих каменных домах, покрытые гнойными язвами. Оспа. Она увидела улицы города, заваленные трупами, увидела, как немногочисленные выжившие в ужасе бегут в леса и в городе ничего не остается, кроме призраков. Даже мертвецы исчезают, и их кости растаскивают хищники, и никто уже не сможет сказать, кто здесь жил и когда.
— НИЧТО НЕ ВЕЧНО, СЕСТРА, — сказал ей ангел. — УМРУТ СВЯЩЕННИКИ, РАССЕЕТСЯ НАРОД. КТО ЖЕ ОХРАНИТ ТОГДА ГРААЛЬ? СЕЙЧАС ТЫ ДОЛЖНА ОТНЕСТИ ЕГО ТУДА, КУДА Я УКАЖУ.