— У нее ужасный вид, — сказала Коко. — Тебе лучше, дорогая?
— Она слишком рано поднялась с постели, — сказал Бастер.
— Позвать Финна? — спросила Марина.
— Нет, — категорически отрезал Рори. — Уж в нем-то она меньше всего нуждается.
Он взял меня на руки и понес наверх.
— Ты надорвешься, — пробормотала я, когда он споткнулся на верхней ступеньке. Слава Богу, в больнице я порядком похудела.
Рори ногой распахнул дверь парадной спальни. В камине пылал огонь. Пурпурное покрывало на кровати было откинуто. Комнату заполнял аромат фрезий.
— Но эту спальню приготовили для Марселлы, — сказала я.
— Она может спать в другой, — Рори уложил меня на постель и начал расстегивать «молнию» на моем платье.
— Я сама, — проговорила я, запинаясь и отстраняясь от него.
Рори нахмурился.
— Ты меня так ненавидишь, что не терпишь даже моего прикосновения?
— Нет… я хочу сказать…
— Что ты хочешь сказать?
Напряжение становилось невыносимым.
— Я не могу объяснить.
Он пожал плечами.
— Будь по-твоему. Я возьму для тебя у матери пару таблеток снотворного.
Я села в постели, закрыв лицо руками. Мне было дурно. Как я могла объяснить ему, что стоит ему притронуться ко мне — и я пропала. Теряя последний рассудок от вожделения, я скажу ему, что люблю его, что жить без него не могу — все то, чего он на дух не выносит.
Снотворное Коко оказалось очень эффективным. Я проспала до полудня. Солнечные лучи проникали сквозь занавески, стояла тишина, нарушаемая только настойчивым пением дрозда да случайным щелчком клюшки по мячу для гольфа в саду.
В камине горел огонь. Аромат фрезий ощущался еще более явственно. Вальтер Скотт растянулся у меня в ногах. Какая миленькая комната, подумала я. Какое-то мгновение я пребывала в эйфории, порожденной снотворным, но постепенно события вчерашнего вечера просочились в мое сознание. Сначала появилась сестра Коко, а потом этот великолепный русский, оказавшийся отцом Рори, а потом до меня дошло, что Рори вовсе не брат Марины и ничего не может помешать им теперь пожениться и иметь кучу потрясающих детей. О Господи, извивалась я на подушках, плохи мои дела.
Что мне делать дальше? Прошлый месяц был не из легких. Рори и я не спали вместе, но по крайней мере посмеялись раз-другой, и, хоть он и не любил меня так, как Марину, он искренне старался как-то наладить наши отношения. И тут мне на память пришли вчерашние слова Марины: «Не будь он мой брат, он бы вас тут же бросил».
Я долго лежала с невыносимо тяжелым чувством, потом встала и отдернула занавеси. День был прекрасный, море сверкало, лиственницы покачивали бледно-зелеными ветвями на фоне голубого неба. Солнце согревало мои волосы, разглаживало легкие морщинки на лице, оставшиеся после ночи.