Закончив одну мелодию, музыканты начали другую. Извинившись перед Кили, герцог и леди Дон вновь пошли танцевать. Ричард все не возвращался, и Кили чувствовала себя совершенно несчастной.
Придя в полную растерянность, Кили поискала мужа взглядом и увидела, что он снова танцует, но на этот раз с леди Сарой, блондинкой, которая когда-то собиралась женить его на себе. Кили понуро опустила голову и стала рассматривать ковер, на котором стояла. Однако вскоре растерянность уступила в ее душе место злости. Граф знал, что она ни с кем не знакома здесь, и все же бросил ее одну. Разве могла Кили соперничать с такими искушенными женщинами, как леди Джейн и леди Capa? Даже Моргана подошла бы графу больше, чем она. Зачем он послал за женой, если собирался веселиться с другими женщинами?
– Где же твоя улыбка? – раздался рядом с Кили знакомый голос.
Кили вскинула голову и увидела перед собой мужа.
– Я оставила ее у алтаря, ваше непостоянство.
– Прекрати, любовь моя, – весело промолвил Ричард, стараясь растопить лед в ее сердце. – Это же праздник. Здесь танцуют и общаются друг с другом.
– Общаются? – с сарказмом спросила Кили. – Этим словом при дворе обозначают прелюбодеяние? Вы, англичане, используете безобидные названия для самых мерзких пороков.
– Прелюбодеяние? Неужели ты ревнуешь меня к партнершам по танцам?
– Нет.
Кили гордо вскинула голову и отвернулась от Ричарда. Ричард наклонился к ее уху, и Кили почувствовала его теплое дыхание на своей щеке.
– Прости, что оставил тебя одну, любовь моя, – прошептал он.
Кили искоса взглянула на него. Слова «любовь моя» обезоружили ее, и она, невольно улыбнувшись, кивнула, принимая его извинения.
– Давай потрем немного ковер, дорогая, – предложил граф, приглашая ее на танец.
– А здесь это принято? – спросила Кили, восприняв его предложение буквально.
Ричард кивнул. И прежде чем он успел остановить жену, она грациозно опустилась на колени и потерла ковер кончиками пальцев.
Ричард открыл рот от изумления.
В зале раздался смех, громче всех смеялись леди Моргана, леди Джейн и леди Capa. Те придворные, которые сумели подавить улыбку из уважения к графу, с ужасом наблюдали за странным поведением его жены. Даже королева Елизавета бросила на Кили внимательный взгляд, а стоявший рядом с ней Роберт Дадли разразился ироническим смехом.
Присев на корточки рядом с женой, Ричард мягко спросил ее:
– Дорогая моя, что ты делаешь?
– Тру ковер… – начала было Кили, но тут же осеклась, догадавшись наконец, что Ричард имел в виду что-то другое.
Она услышала смех придворных, который вызвало ее нелепое поведение, и испуганно взглянула на мужа.