Когда Сьюзен спустя пятнадцать минут вернулась из аптеки, Фредди попросил ее принести самую тонкую иголку. Прижав рассеченную бровь ко лбу, он начал зашивать рану. Сьюзен при виде этого зрелища стошнило в унитаз.
— Это мне никак не поможет, — мрачно пошутил Фредди. — Иди ложись в постель.
Шов получился не очень ровным, бровь Фредди теперь была удивленно приподнята, но Фредди был доволен, что хоть глаз остался цел. Он знал, что к полуночи оба глаза заплывут синяками, поэтому торопился обработать раны привезенной Сьюзен перекисью водорода. Залив раны на лице перекисью, он залепил их пластырем, который придал Френгеру чрезвычайно патриотичный вид, ибо все лицо Френгера теперь покрывали звездно-полосатые полоски бактерицидной ткани.
Запястье левой руки стремительно распухало. Пришлось поднимать Сьюзен с кровати и снова отправлять в аптеку за гипсом. Тем временем сам Фредди разрезал на полосы марлю. Когда Сьюзен вернулась, они вдвоем развели гипс водой, и Сьюзен, окуная в гипсовый раствор полосы марли, крепко обмотала ими руку Фредди. Самодельная гипсовая повязка получилась не очень эстетичной, но Фредди знал, что если трещина в кости микроскопическая, то такой повязки вполне хватает. Выпив три таблетки буфферина, Фредди решил поужинать, хотя аппетита у него не было.
— Ты мне что-нибудь расскажешь, Фредди? — осторожно поинтересовалась Сьюзен.
— О том, какой я дурак? — не без самоиронии заметил Френгер, жуя цыпленка. — Видишь ли, Сьюзен, я на минуту забыл о том, что нахожусь в Майами. Я не взял с собой в магазин ни револьвер, ни дубинку. Я нарушил установленное мною же правило и решил проявить альтруизм. Я на секунду стал добропорядочным гражданином — и вот результат.
— Но что именно произошло?
— Меня чуть не переехали машиной.
Сьюзен понимающе кивнула:
— Я так и думала, что с тобой случилось что-то в этом роде.
Мария Хендерсон была активисткой майамского отделения Национальной организации женщин и давней подписчицей журнала «Мисс». Когда Билл Хендерсон впервые сказал об этом Хоку, тот не поверил. Но потом Билл принес в офис экземпляр «Мисс», к которому была прилеплена наклейка с адресом и именем подписчицы. Подписчицей была Мария Хендерсон.
Увидев эту неопровержимую улику, Хок мрачно покачал головой.
— Охренеть можно.
— Это точно, — кивнул Билл. — Теперь ты понимаешь, с какой женщиной мне приходится жить?
Хок припарковался у обочины рядом с домом Хендерсона. Машины Билла в гаражном боксе не было. Хок с явной неохотой направился к двери и постучал. Может, Билл отлучился ненадолго.