Мариана во все глаза смотрела на него, не в состоянии вымолвить ни слова. Его желание было таким мощным и сильным, что, казалось, наполняло все пространство между ними.
– Так покажи! – наконец произнесла она. – Это будет намного разумнее…
– Разумнее?! – Он печально засмеялся. – Да я даже думать об этом себе не разрешаю! Не то, что… – Луи закрыл глаза, мучительно стараясь обуздать себя, а потом резко отстранился и снова сел в кресло. – Вставай!
Мариана медленно выпрямилась; тело ее дрожало, как в лихорадке, но она сумела заставить себя улыбнуться.
– Ты… меня удивил. Не думала, что я так быстро подойду к финишу.
Луи откинулся на спинку кресла и закрыл глаза.
– Это я чуть не подошел к «финишу». Еще секунда – и я не смог бы удержаться… Послушай, что мне надо сделать, чтобы объяснить тебе, какую безнадежную игру ты затеяла?
– Ничего. Тебе это все равно не удастся.
– Ты знаешь, почему я впервые обратился к Шулеру? – Голос Луи стал таким низким, что она почти не разбирала слов – скорее догадывалась, о чем он говорит. – Это была девочка. Тоненькая, большеглазая девочка… Диди… Как и я, она была цыганкой и тоже попала в банду Джино. Жизнь была не особенно благосклонна к ней. Она всегда была очень одинокой. Наверное, даже более одинокой, чем кто-либо другой… Или просто более беззащитной…
Как бы то ни было, мы сблизились с ней. Она мне нравилась, она стала моим другом! – Луи с силой прижал кулаки к вискам, глаза его увлажнились. – Но в момент близости я не смог проявить нежность, которая переполняла меня. Диди была вся в синяках… Она так кричала! Господи, она меня испугалась… – Луи с трудом проглотил комок в горле. – Мне было так тошно после этого, что я решил: больше никогда не позволю себе прикоснуться к ней.
– Диди… – задумчиво произнесла Мариана. – Это слово почему-то напоминает мне раненую птицу. Но откуда ты знаешь: быть может, она вела себя точно так же и с другими мужчинами? Во всяком случае, с ними ничего подобного не произойдет.
– Как ты можешь быть уверена? Черт возьми, я ведь чуть не изнасиловал тебя здесь, на столе, минуту
Назад!
– Луи, нельзя изнасиловать женщину, которая сама жаждет близости, – убежденно проговорила Мариана.
Лицо его исказила мучительная гримаса.
– С этим надо покончить! Ты так ничего и не поняла, а я не представляю, сколько еще смогу выдержать… Это становится слишком опасно.
Бедный Луи! Нежность, которую испытывала к нему Мариана, была почти материнской. Поднявшись, она поцеловала его в лоб:
– Я остановлюсь… пока. – И она прошла к дверям. – Но это только временная пауза. Спокойной ночи, Луи.