– Прости, что ты сказал?
– Насчет чего?
– Насчет «Констриктора».
Улыбка Ребуса стала шире.
– Наконец-то ты пришла в себя… Я сказал, что провел в библиотеке почти целый день, и мне кажется – я сумел разгадать первую часть головоломки.
– Уже?!
– Я тоже не лыком шит, Шивон. Ну что, хочешь послушать?
– Конечно. – Она заметила, что Ребус уже прикончил свое виски. – Может быть, купить тебе?…
– Сначала послушай. – Он заставил ее снова сесть. Паб был наполовину пуст; большинство посетителей выглядели как студенты младших курсов. Если бы Ребус встал возле стойки, его могли бы принять за владельца заведения; за столиком в углу он выглядел как распутный босс, пытающийся подпоить секретаршу.
– Я вся внимание, – сообщила Шивон.
– Так вот, я выяснил, что коньяк здесь, к сожалению, ни при чем, – медленно начал Ребус. – Камю – это французский писатель, который написал роман под названием «Водопад»… – С этими словами он достал из внутреннего кармана куртки книгу в бумажном переплете и положил на столик. Книга была не из библиотеки – по пути в участок Ребус нашел ее в книжной лавке Тина. – А Чарльз П. Смит – солист группы «Водопад».
Шивон нахмурилась.
– Кажется, у меня когда-то была пластинка с их шлягером.
– Итак, в первой части головоломки мы имеем «Водопад» и «Водопад». Если сложить одно с другим, получится…
– Водопады… Фоллз? – догадалась Шивон, и Ребус кивнул.
Шивон взяла роман, взглянула на рисунок на первой странице обложки, потом перевернула книжку, чтобы прочесть краткую издательскую аннотацию.
– Ты считаешь, именно там Сфинкс хочет со мной встретиться?
– Я считаю, что там ты получишь следующий вопрос.
– А как насчет остального? Бокс, задница, Фрэнк Финли… Это-то что значит?
Ребус пожал плечами.
– В отличие от «Простаков» [25] я не обещал тебе хороших новостей.
– Нет, но… – Она подняла голову. – Тогда мне показалось, что тебя эта проблема не заинтересовала.
– Я передумал.
– Почему?
– Тебе никогда не приходилось сидеть в четырех стенах и грызть ногти от тоски?
– Нет, зато мне приходилось ходить на такие свидания… Уж лучше сидеть дома и грызть ногти.
– В таком случае ты понимаешь, о чем я говорю.
Шивон кивнула, лениво перелистывая страницы романа. Потом она вдруг нахмурилась и, отложив книгу, снова посмотрела на него.
– Честно говоря – нет, не понимаю, – сказала она.
– Это хорошо. Это значит – ты учишься, – улыбнулся Ребус.
– Учусь чему?
– Особой ребусовской разновидности экзистенциализма. – Он погрозил ей пальцем. – До сегодняшнего дня я не знал этого слова, так что теперь я, видимо, должен поблагодарить тебя за то…