— Я вижу в твоих рассуждениях небольшой логический пробел.
— Ну, так объясни, раз ты такой умный, — потребовала Света.
— Хорошо. Так из каких соображений ты исключила Лану?
— Как из каких? Я же все тебе рассказала. Мы сперва решили, что убийца она, а потом оказалось, что записка не ее, а Нинина.
— Ну и что? Почему тот факт, что Нина шпионила в пользу любовника, доказывает, что Лана не убийца? — пожал плечами Вадим.
Света задумалась.
— Пускай не доказывает, но… я не понимаю, зачем ей убивать Витьку? У нее нет мотива.
— Возможно, Михаил Петрович не погрешил против истины, уверяя, что Лана никогда его не любила и он это чувствовал. Что в ее поведении было нечто странное. Возможно, и Ниной двигала не только злоба, когда она утверждала то же самое. Кстати, Полина говорила тебе сегодня, что не верит во внезапную страсть Ланы к Михаилу Петровичу.
— Но я своими глазами видела, как она переживает! Она приезжала ко мне вчера, так на ней лица не было, можешь мне поверить.
— Естественно, раз она только что убила Лагунова.
— Если она только что убила Лагунова, что ей было делать у меня? — ехидно осведомилась Света.
— Откуда мне знать? Я ведь не утверждаю, что до конца понимаю ее мотивы… я только вижу, что, кроме Ланы, убить больше некому.
— Но в четверг, когда Мишку арестовали, она по-настоящему плакала!
— Опять-таки, если она в среду убила Козырева, к четвергу вряд ли успела бы привести нервы в порядок, вот и плакала. Света, повтори-ка мне историю про часы. Я в свое время не придал ей значения, а, наверное, зря.
— Какие еще часы? — изумилась Света.
— Которые на час отстали. Ты еще из-за этого застала мужа с Ланой.
— А, ты об этом. Тут нечего повторять, ты сам все сказал. Я пришла полчетвертого, а Мишка считал, что еще полтретьего.
— А раньше эти часы отставали?
— Нет, никогда.
Вадим удовлетворенно кивнул.
— Их перевела Лана. Ей хотелось, чтобы ты вернулась и все увидела. Зная твой вспыльчивый нрав, она могла не сомневаться, что ты выгонишь мужа из дома. Похоже, ей это и было нужно.
— Ты сам себе противоречишь, — возразила Света. — То Лана, видите ли, не любила Мишку, а то специально подстроила так, чтобы мы с ним разошлись. Зачем?
— Скорее всего, по просьбе Козырева. Она наверняка была его сообщницей… нет, все-таки любовницей, иначе откуда ей взять нежную записку, которую она подложила тебе в стол?
— Лану зовут не Светиком, — напомнила Света.
— Светлана… Лана, — медленно произнес Вадим. — Ее полное имя часом не Светлана, а?
— Нет, — злорадно сообщила Света. — Я видела ее паспорт. Лана Горностаева, и никаких Светлан.