– Он единственный, за кого я выйду замуж, хотя ему еще придется об этом попросить.
Она посмотрела в его голубые глаза, и этого ей было достаточно, чтобы увидеть печаль и разочарование.
– Не пройдешься ли со мной по парку? – спросил он.
Она оглянулась…
– Никто не обращает на нас внимания, – тихо произнес он. – Мы можем выскользнуть через заднюю дверь, и никто не заметит.
– Заметят. Ведь я хозяйка.
– Всего на пять минут, Дженни. Это все, о чем я прошу.
Кивнув, она еще раз оглянулась, после чего выскользнула в заднюю дверь. Она буквально чувствовала его присутствие, но спустя несколько мгновений его близость стала еще ощутимее.
Вместо того чтобы повести ее по дорожке, которая вилась через сад, он мягко взял ее за руку и потянул к стене дома в тень, где не светили газовые лампы. Дженни не могла сказать, снял ли он свою маску, однако внезапно она обнаружила, что находится в его руках и что его губы дразнят ее воспоминаниями о тайных встречах, которые им удавалось организовать на протяжении сезона. Его прикосновения уносили ее на небо, а по телу волнами разливалось тепло. Он умел вызывать страсть, которая не затрагивала ее невинность, однако заставляла желать продолжения волшебных мгновений.
Должно быть, он сбросил свою маску и снял перчатки, поскольку его пальцы без перчаток прошлись по ее щеке, а большой палец делал круги возле уголка ее рта. Другой рукой он продолжал прижимать Дженни к себе.
– Как я скучал по тебе! Давай убежим.
Он провел горячими губами по ее подбородку и прошел вниз по шее, лишая ее остатков разума. Дженни постаралась взять себя в руки.
– Ты дважды глупец, если думаешь, что я убегу с тобой. Ты самый бедный лорд во всем Лондоне, и мои родители не дадут ни разрешения на этот брак, ни приданого.
– Меня не волнуют деньги.
– А должны волновать, – произнесла она более энергично, чем намеревалась. – Я не хочу умереть в нищете.
– Мы найдем какой-нибудь способ.
Она рассмеялась:
– Ты глупец, если веришь в это. Ты не смог повернуть судьбу, а у меня нет способностей Кейт к ведению дел. Как только наши чувства угаснут, мы станем несчастными.
– Они не угаснут. Ты не представляешь, как отчаянно я тебя хочу.
Дженни тоже хотела его. Так же отчаянно. Она боролась с искушением отправиться куда-нибудь в укромное место, где их интимным ласкам никто бы не помешал.
– Мы не должны поддаваться искушению. – Она толкнула в его плечо, высвобождаясь из его объятий. – Я должна вернуться на бал.
– Я хочу тебя, Дженни, и я сделаю все, чтобы овладеть тобой.
В его голосе было больше решимости, чем отчаяния. Это возбуждало, волновало и ужасало одновременно.