Предмет со стуком упал на пол подле его руки.
Ушастый тут же метнулся прочь, вспорхнул на оплавленную баррикаду и застыл там темным изваянием, глядя куда-то в сумеречную даль.
Очевидно, видения Рогмана являлись чем-то чуть большим, чем бред умирающего. Нетопырь, который был прирожденным телепатом, тоже чувствовал: что-то злобное, непонятное надвигается из глубин Сумеречной Зоны.
Посидев неподвижно несколько секунд, он обернулся и укоризненно посмотрел на беспомощно простершегося на полу, обессилевшего, едва живого Рогмана. Потом легко спорхнул с баррикады, подтолкнул к нему чудодейственный предмет и, описав круг, вернулся на свой наблюдательный пост.
Прямого контакта между ними не возникло, но жест нетопыря трудно было истолковать превратно. Он предлагал Рогману поскорее воспользоваться Той-Которая-Лечит по ее прямому назначению.
Дрожащими от слабости пальцами Рогман ухватил драгоценный предмет. Внутри плоской овальной коробочки что-то щелкало и попискивало, словно туда заточили крохотное существо.
Рогман видел, как Хозяин однажды пользовался таким артефактом, но сам блайтер никогда не испытывал на себе его воздействия. Несколько раз он находил подобные предметы, но, к величайшему разочарованию Рогмана, они оказывались мертвы. Крохотный крестик на их овальных крышках не светился, и существо внутри не подавало никаких признаков жизни.
Преодолевая вернувшуюся дурноту, он дрожащими пальцами обнажил свое плечо и прижал донце овальной коробочки к воспаленной, покрасневшей коже.
Внутри артефакта что-то бешено защелкало, на верхней крышке вспыхнуло и погасло с десяток крохотных огоньков, и затаивший дыхание Рогман почувствовал, как в его тело впились крохотные иглы.
Он едва не отдернул руку, но вовремя сдержался, крепко стиснув зубы.
Та-Которая-Лечит продолжала пищать и колоться. По телу Рогмана прокатилась судорога, потом он опять начал покрываться липким потом. Нетопырь покосился с вершины баррикады на бьющегося в конвульсиях блайтера и ободряюще запищал, широко растопырив свои крылья.
Через минуту или две все кончилось.
Больше не моргал красный крестик на плоской крышке. Писк изнутри тоже стих. Могучий артефакт превратился в простую, бесполезную вещь. Существо, что щелкало внутри, издохло, отдав свои жизненные силы Рогману, который скорчился на грязном полу, все еще содрогаясь в конвульсиях.
…И снова его сознание уплывало от тела, стремясь туда, где сумрачные вершины Перевала Тьмы скрывали за собой неведомое.
Откуда-то ведь пришли отвратительные карлики, восседающие на белесых пауках! Значит, там, за сгустками мрака, действительно продолжался Мир. Туда существовал путь, и от одного осознания данного факта в душе Рогмана вновь оживала Мечта.