Юрий на некоторое время умолк, а затем отодвинул от себя свинину Владимиру под нос и отложил вилку в сторону, давая понять, что его трапеза завершена.
— Ты кушай, кушай, — подбодрил он Володю. — Я буду рассказывать, а ты ешь!
Владимир послушно принялся уплетать тушенку за обе щеки; между тем Юрий продолжал:
— Костяк нашей армии составляете вы, второй круг Сопротивления, — сказал Юрий. — Вы способны убить анданорца, но не предателя, сотрудничающего с Анданором. Это уже делаем мы, находящиеся в круге третьем. Разумеется, и у нас своя иерархия, но тебя она не касается. К слову, а не считаешь ли и ты себя в силах убить женщину, срывающую по приказу оккупантов наши листовки перед завершением комендантского часа? Ведь она является пособником Анданора, как ни крути. Подобным предателям даже выдают специальные серебристые жетоны, как Иуде, — они могут приобрести на них еду в спецмагазинах. Вот такую сучку ты мог бы прикончить?
В голове Владимира непрошено возник образ Катки Соловьевой, срывающей листовки Сопротивления, чтобы не умереть от голода, и он без колебаний ответил: «Нет». Юрий в ответ лишь кивнул, понимающе прикрыв глаза. А потом очень серьезно сказал:
— А я вот могу. И потому я — человек третьего круга. Итак, — сказал он, — теперь о том, что на данный день Сопротивление имеет предложить бойцам второго круга…
Юрий общался с Володей долго, до самого рассвета. Он в деталях описал Владимиру предложенное задание, отметив особо, что оно почти невыполнимо, а потому если Володя не сумеет с ним справиться, то это не будет расценено как предательство интересов Сопротивления. Юрий сообщил Володе, что из-за сокрушительного технического превосходства Анданора над Землей, а также уничтожения захватчиками всего земного вооружения ученые, сотрудничающие с Сопротивлением, заняты сейчас разработкой альтернативных видов воздействия на организм анданорцев. Магнитные поля, звуковые волны, микроорганизмы, химические вещества — что-либо из этого перечня должно было стать ключом к освобождению Земли от инопланетного ига. А еще Юрий всерьез верил в возвращение силлуриан. Ну так вот, для разработки альтернативных видов вооружения Сопротивлению позарез требовались анданорцы, живые и мертвые, в максимально возможном количестве.
— Наш девиз сейчас, — с известной долей самоиронии сказал Зубцов уже под утро, когда темень ночного неба оказалась чуть тронута синевой, — больше анданорцев, живых и мертвых. К слову, — уже перед самым уходом, будто это вообще самая последняя деталь, Юрий отметил: — За анданорцев Сопротивление неплохо платит своим людям — пять лет без голода за живого анданорца и один год без голода за анданорца мертвого. Вознаграждения суммируются. — Юрий подмигнул Володе с кривоватой ухмылкой: — Если ты, к примеру, отловишь двух живых и двух мертвых анданорцев, то пять, плюс пять, плюс один, да плюс еще один будет двенадцать, понял? Да, и Сопротивление, естественно, свободно от своих обязательств, если оккупация окончится раньше этого срока. Тогда уж как-нибудь сами себя прокормим, верно, старик? Ведь когда сюда вернутся наши союзники, а они вернутся, когда наведут порядок у себя дома, эту мразь выбьют отсюда за считанные дни, как сквирлов. Но если дела пойдут не так хорошо, как нам хотелось бы, наши лучшие воины, добывавшие нам в эти тяжелые дни живых и мертвых анданорцев, не будут голодать со всем миром, и это будет справедливо.