Должно быть, сказывалось стремление Матвеева к перестраховке — набранные из разных частей и подразделений, бойцы и действовали в разнобой. Да и вообще, не существовало ни плана эвакуации «Айсберга», ни рекомендаций по ведению боевых действий в случае нападения противника. Того, что объекты перейдут в наступление никто, естественно, не мог и предположить.
— Жертвы? — спросил Сергей.
— Как минимум двое, — Кирпич кивнул головой куда-то налево, и выглянув наружу Холодов увидел в нескольких метрах от стены два тела, лежащих на багровом от крови снегу, — Больше пока ничего. Точнее — никого…
— Оружие? Провиант?
— Затарились по полной программе, — Кирпич кивнул в сторону противоположной стены, и вновь отвлекшись от прицела, Сергей бросил взгляд туда. В глаза бросились семь приличного размера рюкзаков — он не сомневался в том, что сработали ребята профессионально, и за эти десять минут успели собрать все, что было необходимо и даже больше. Рядом с рюкзаками стояли, прислоненные к стене, два огнемета.
— Больше и не было, — не оборачиваясь угадал мысли командира Кирпич, — Я не знаю, кто вообще додумался притащить эти бандуры на базу, и на кой тебе-то потребовались, но…
Он мог и не продолжать. Не смотря на неформальную обстановку в команде, «Морские дьяволы» свято чтили субординацию, и приказ командира всегда оставался таковым.
— Холод, — раздался сзади голос Пехтуры, — Девушка в полной экипировке и почти что в полном здравии. Можем выдвигаться?
— Кирпич, Серафим, прикрываете дверь, — приказал Сергей, поднимаясь на ноги. Геля стояла позади него, облаченная в теплый маскхалат. Пожалуй, впервые за всю свою жизнь, он задумался о том, а может ли форма идти женщине? И понял, что может. Не смотря на весь трагизм ситуации, не смотря на буранников, подбирающихся к базе и выстрелы с верхних этажей, не смотря на ее изувеченную руку, которую Пехтура заботливо уложил в перевязь… Не смотря ни на что, она была красива, и красота эта создавалась не специфическими округлостями женского тела, рельефно выступающими под одеждой, а ее улыбкой. И на этот раз Сергей даже не сомневался в том, что улыбка была не искусственной, а вполне реальной.
— Как я выгляжу? — спросила она, и Сергей не нашел слов, чтобы ответить ей.
— Неплохо… — пробормотал он, — Меня больше интересует, как ты себя чувствуешь?
— Голова немного кружится… Но я дойду!
Сергей хмыкнул. Она даже не знала, куда идти… Впрочем, этого пока не знал и он сам. Шестое чувство подсказывало, что на базе оставаться опасно — должно быть, в его сознании тоже жил некий друг-советчик, вот только именовался он не Возрожденным, а солдатской интуицией.