– Что за… ик… разговор?
– Ладно, не притворяйся. Я уже въехал, что ты комедию ломаешь. Только давай сначала я действительно тебя кофе напою. Пойдем на кухню.
Я поняла, что настало время «трезветь». Потому продефилировала на кухню и уселась на тот же стул, что занимала и при прошлом визите.
– Татьяна Александровна… или можно называть тебя Таней?
– Ну, после того, как ты на ощупь изучил большую часть моей натуры, можешь называть Таней, – не выдержав, хмыкнула я. Аркаша тоже весело рассмеялся.
– Я бы не отказался изучить ее до конца, – заметил он, открывая кухонный шкаф. Достал банку с растворимым кофе.
– Ну, как ты сам сказал, сладкое на потом, – деликатно заметила я. «Если захочется», – мысленно прибавила я его же слова.
– Такого кофе, как у Фролова, у меня нет. Только растворимый. Пойдет?
– Вполне, – согласилась я.
Аркадий зажег под чайником газ, залез в холодильник. Достал бутылку «Туборга» и, видно, по привычке вопросительно посмотрел на меня. Я же молча отказалась, мотнув головой.
– Что ты хочешь? – будничным голосом спросил Аркаша, отхлебывая пиво прямо из горлышка. – Денег?
– Ты про что? – сделала я вид, что не поняла его.
– Как про что? – продолжал Аркадий. – Работы сделала много, а денег мало. Больше чем уверен, карапуз тебе ни копейки не заплатил.
– А ты решил его подоить, – уверенно предположила я.
– А почему бы и нет? – несколько с вызовом отозвался Блинов.
– И для этого убил человека.
– Такого же карапуза, если не хуже. Кстати, если тебя волнует, я его не убивал.
– А кто?
– Таня, еще не настало время для откровений такого рода, – усмехнулся Аркадий. – Но если тебе интересно, то по факту – он сам себя убил.
– Ну да, подменил старику пузырек с лекарством на пузырек с транквилизатором. А дальше – дело времени!
– Да нет, – задумавшись, отчего-то грустно заметил музыкант, – все не так просто, как тебе кажется.
– А вот ты мне и проясни.
– Тань, давай сначала определимся с тем, что тебе нужно. Ты, насколько я знаю, все же частный детектив. Карающий меч правосудия – это не про тебя. Ты деньги зарабатываешь. Сколько?
Я задумалась. Потом ответила:
– Как ты сказал сам, не все так просто.
– Вот и проясни, чтоб стало просто, – отхлебывая прямо из горлышка, потребовал музыкант. Похоже, к нему вернулась обычная самоуверенность.
– Что ж, попытаюсь. Понимаешь, Аркадий, я с детства не люблю кукольный театр. Не знаю, отчего так. А уж в роли куклы, которой кто-то дирижирует, мне никогда не хотелось оказаться. А с тобой или, скорее, с вами пришлось.
– Что ж, – развел он руками, – так уж случилось, что ты оказалась в нужном месте в нужное время.