– Попрошу не оскорблять китайскую нацию! – вскинулся Вань Ли. Чем дальше, тем лучше и правильнее он говорил по-русски.
Валевский презрительно повел плечами.
– Тебе-то что за дело до китайской нации, Карен? Ты же никакого отношения к ней не имеешь.
Вань Ли, которого, натурально, звали при рождении Карен Абрамян, насупился.
– Пусть я китаец и временно, – важно изрек он, – но обижать моих почти соотечественников не позволю.
– Да неужели? – хмыкнул Валевский и схватил его за горло.
– Караул! – заверещал лжекитаец.
Впрочем, не положившись на слова, он вдобавок приложил вора кулаками по ушам, чем вынудил того разжать руки. Освободившись, Вань Ли с невероятной стремительностью бросился к двери, но, на свою беду, зацепился длинными одеждами за этажерку, уставленную фигурками драконов, какими-то склянками и благовонными палочками. Этажерка покачнулась и рухнула на пол вместе со всем содержимым, отчего Вань Ли, не удержавшись на ногах, тоже упал. Валевский, встряхнув головой, подошел к нему и, так как лжекитаец тщетно пытался освободить одежду, наступил на нее ногой.
– Леон! – застонал Вань Ли. – Умоляю, не надо! У меня четверо детей!
– Врешь, – беззлобно ответил Валевский. – Детей, насколько я помню, у тебя должно быть раз в пять больше. И то, – добавил он глумливо, – если считать только Европейскую Россию, без Азии, Финляндии и Польши.
На лице Вань Ли изобразилась самая настоящая паника.
– Впрочем, – добавил вор, – меня это не касается. Скажи-ка мне лучше вот что, любезный: кто сдал меня Хилькевичу? Ты?
Вань Ли (с позволения благосклонного читателя, мы будем продолжать называть его привычным именем) вытаращил глаза и замотал головой так энергично, что по всем законам природы она неминуемо должна была оторваться напрочь.
– Нет! Ты что, Леон! Чтобы я сдал тебя? Да мы же с тобой вместе в тюрьме сидели! Да ты мне как друг! Да я за тебя…
– Значит, все-таки ты, – вздохнул Валевский.
– Он сам узнал! – пискнул Вань Ли.
– От тебя, – отрезал вор. – Больше меня никто из наших не видел. И он послал ко мне эту мразь Антонина. Но от него я отделался. Я хотел сразу же покинуть город, пришел к тебе за деньгами, а ты мне не открыл, и в результате я потерял время. Где деньги, Карен?
– Какие деньги? – нервно спросил почти китаец.
– За кольцо, которое я тебе дал, – объяснил Валевский. – Хватит дурачка-то валять, Карен! Несерьезно!
– А, кольцо… – вскричал Вань Ли и заулыбался так широко, что его глазки превратились в совсем крохотные щелочки. – Ну что ты, Леон! Как же ты мог подставить своего старого друга! Ведь колечко-то меченое, что прикажешь мне с ним делать? Не могу я его принять, никак не могу! Я хотел его вернуть тебе, но уехал по делам, и утром меня тоже не было…