– Стой! – кричал лесник. – Я все равно тебя вижу. Не двигайся!
Он выстрелил еще раз, но куда-то в сторону деревьев. Джесс понимал, что он берет его на пушку, и старался верить своей удаче. Он не двигался. Макнаб перезарядил ружье, затем послышались его удаляющиеся шаги. Макнаб позвал собаку. Но она пробиралась в кусты, которые прикрывали Джесса. Он почувствовал, как ее холодное тело протиснулось мимо него, потом теплый язык начал облизывать его лицо.
– Флосс! – позвал Макнаб. – Флосс, где ты? Черт тебя побери! Почему ты не идешь, когда тебя зовут?
Макнаб возвращался. Джесс понимал, что собака выдаст его. Она виляла хвостом и шуршала сухими листьями в зарослях кустарника. Он пытался отогнать ее, но она радостно обнюхивала хорька, шевелившегося в мешке.
– Флосс! – снова позвал лесничий. – Ты его чуешь? Где ты, Флосс?
Голос лесника раздавался очень близко. Джесс услышал шорох и шум шагов у самого края кустарника. Макнаб пошарил там дулом ружья, но боялся стрелять из-за собаки.
– Черт бы тебя побрал, – сказал он с шотландским акцентом. – Ты что – учуяла кролика, ты, бесполезная проклятая сучка?
Джесс прижал собаку рукой к себе, а другой рукой освободил хорька. Хорек очень удивился неожиданной свободе и, не двигаясь, сидел столбиком и нюхал воздух дрожащим носом. Он был так близко у лица Джесса, что его усики щекотали ему лицо, и Джесс отпрянул в сторону. Собака начала барахтаться в руках Джесса, повизгивать и хрипеть, и Джесс отпустил ее.
Собака вылетела из кустарника прямо под ноги лесника. Тот начал ругаться и побежал за ней. Джесс слышал, как Флосс скреблась под замерзшей земле кроличьей норки, куда нырнул хорек. Потом послышался визг собаки, когда лесник пнул ее сапогом.
– Пошла прочь, бесполезная ты сука!
Джесс еще подождал, пока человек и собака пробирались по лесу. Потом вылез из кустарника и выпрямился. Он не чувствовал своих ног. Но когда попробовал двинуться, они быстро напомнили ему о себе. Боль пульсировала в ногах и ягодицах. Несколько дробинок, попавших в подъем левой ноги, царапали кость, как колючие камешки.
Выбравшись из старого дубового и березового леса, Джесс пробежал по посадкам сосны и потом в сторону старой дороги. Уже взошла на небо лука. Она была почти полной, белой и сверкающей. Она помогла ему увидеть лесника, который стоял у дороги, наблюдая за лесом.
Джесс лег плашмя на землю и пополз к канаве. Она уже замерзла, и он вытянулся в ней во всю длину. Покрытые инеем стебли травы сомкнулись над ним. Лед приятно остужал боль в пораненных ногах. Холод проникал сквозь одежду, горячая кровь замедлила свою циркуляцию и потушила огонь, горевший в ранах. Его потянуло в сон. Тело заснуло, и мозг тоже отключился. Джесс потерял сознание.