С таинственным видом Одри показала подругам кулак, потом разжала пальцы – на ладони лежал гребень из ее прически.
– Все на месте, – спокойно констатировала она.
И подруги разразились истерическим хохотом. Они смеялись и смеялись, освобождаясь от напряжения, от пережитого кошмара.
– Это победа – выбралась живой и спасла гребень, – произнесла наконец Ди.
Одри подняла брови, и на ее губах заиграла улыбка. Они с Ди улыбались друг другу. Невидимые часы пробили двенадцать.
– Полночь, – сказала Дженни тихонько, почти шепотом.
Каждый раз, когда они выигрывали, раздавался бой часов, напоминая о неумолимом времени. Интересно, где они, эти часы? Звук, казалось, наполнял весь дом.
– До рассвета еще шесть часов, – уточнила Ди, обращаясь к Одри. – А нам осталось пройти всего через пять испытаний. Пустяки. Думаю, мы легко справимся.
– Легко? Я в этом не уверена, – отозвалась Одри.
– Смотрите, – сказала Дженни, поднимая с пола листок бумаги.
На листке зеленым карандашом был нарисован лес.
– Это мой рисунок, – призналась Одри. – Мне почему-то всегда в страшных снах снился лес, хотя я никогда не могла толком объяснить почему.
– Он использует наше подсознание, – сказала Ди.
– А что с вами случилось после того, как нас разлучили? – спросила Дженни.
– Да почти ничего, – ответила Ди. – Они затолкали нас в ту пещеру, только поначалу там не было никакой двери. А потом мы ее заметили – и в ту же секунду появились трупы и Одри начала визжать. А с тобой что было? Ты видела Лесного Царя?
Дженни смотрела в сторону.
– Ну да, что-то в этом роде. Это был Джулиан. – Поколебавшись, она выпалила: – Это вы из-за меня страдаете, из-за меня, понимаете? Ему нужна я. Он сказал, что перестанет вас мучить, если я… если я соглашусь…
– Не смей! – Ди сверкнула черными глазами.
– Даже не думай, – приказала Одри с не меньшим жаром.
Дженни кивнула, почувствовав, как на глаза наворачиваются слезы. Чтобы скрыть их, она повернулась и стала смотреть на Одри. Пока они разговаривали, Одри успела снова уложить волосы, вытащила из кармана косметичку и искусно подкрасила губы вишневой помадой. Одри, объехавшая весь мир, всегда казалась Дженни идеальной и невозмутимой. Почему-то сейчас Дженни впервые задумалась о том, как воспринимает жизнь сама Одри.
– Должно быть, не так просто все время жить в чужих странах, – медленно произнесла она, покосившись на Ди.
Одри немного помолчала, взбивая челку. Потом с щелчком закрыла пудреницу.
– Если честно, это ужасно, – призналась она. – Вы представить себе не можете, какой каждый раз переживаешь шок. Путаница, неуверенность… И никогда заранее не знаешь, куда поедешь в следующий раз. Даже теперь, когда папа на пенсии, у меня иногда возникает ощущение…