Темный коридор, прямой, как стрела, уходил в черную неизвестность. Луч фонарика выхватывал только кусок пространства. Посреди коридора валялся последний труп. Что там, дальше, в этой темноте, меня волновало мало. Судя по карте, тупик. Я прошел метров пятьдесят. Справа в стене появился небольшой утопленный закуток. Внутри закутка от стены чуть отступала металлическая лесенка.
Сверившись с картой, шагнул в закуток. Запрокинул голову, посмотрел наверх. И хотя там ни черта не было видно, я точно знал, что наверху колодезная крышка, а за ней — зона. Опасная, дикая, непредсказуемая, но все лучше, чем катакомбы.
Хрустя разбросанным по полу мусором, подошел Хлюпик. Потрепанный, уставший.
— Ну, вот и все, — кивнул я на лестницу. — Осталось только наверх подняться.
— А что там, наверху?
— Научно-исследовательский институт.
— Чего, работающий?
Я фыркнул. Ага, работающий. Прибежищем для всякого сброда.
— А чего за институт?
— НИИ Агропром. — Я бросил на пол рюкзак, прислонил к стене автомат и плюхнулся рядом, возле лестницы.
— А чего мы не идем?
Вот прорвало. Интересно, он сам заткнется, или его попросить нужно?
— Передохнем и пойдем. Кто знает, что там, наверху. Хлюпик сел напротив, прямо посреди коридора.
Ноги его вытянулись вперед и чуть не касались моих. Он смолчал. Хотя на физиономии у него был здоровенными буквами написан вопрос: «А что там, наверху?»
— Там, наверху, могут быть военные, — ответил я на незаданный вопрос. — Может быть, какое-то отребье. А может, просто собаки с кабанами носятся. Еще вопросы?
Он потупился, помялся, словно собираясь с силами, потом кинул на меня беглый взгляд и поинтересовался полушепотом, словно боялся, что кто-то услышит:
— А где здесь… ну, это… дела делают?
Нет, все-таки он неподражаем. Я ждал любого вопроса, но от этого чуть не поперхнулся.
— Для вас везде.
Он непонимающе заморгал.
— Ну, чего ты смотришь, — не выдержал я. — Тебе в канализации отдельный туалет поставить? Может, еще биде и душевую кабинку? Гадь, где хочешь.
Хлюпик засопел, поднялся на ноги и потопал обратно по коридору.
— Ты куда? — окликнул я.
— Туда, — буркнул он. — Я где угодно не могу. Шаги растворились в темноте. Там, вдалеке, что-то завозилось. Дурдом на колесах. Нет, я за него сейчас не сильно переживал. Живых там не осталось, аномалий тоже. Но охота была так далеко переться, чтоб нужду справить. Не может он. Клоун.