– Ты не знаешь, что такое рак! – проговорил Андрей. – Таких мучений не пожелаешь и врагу.
– Наверное, ты прав, – согласился Святой. – Но мне как-то тяжело сочувствовать человеку, которого недавно собирался убить.
– Это ничего не меняет.
– Возможно. Но оставим лирику. Ты хотел рассказать, как умер Эмир.
– Два месяца я просидел рядом с ним, готовя отвары и настойки. Об операции и речи не могло идти. Это была агония. Когда начала сдавать печень, Старик за неделю превратился в живой скелет. Моего лечения хватило бы от силы на то, чтобы продлить муки еще на год.
– За это время его кто-нибудь навещал?
– У старика не было родных. Его дочка погибла сразу после замужества. Знаю только, что в Москве находился человек, которого он часто называл своим наследником, но каких-нибудь чувств при этом не высказывал. Старик всю жизнь оставался очень одиноким…
– Кто был этим наследником? – Дмитрий перебил говорившего, срываясь на крик.
– Не знаю, – равнодушно повел плечами фельдшер. – Я старался держаться подальше от подобных разговоров. Излишняя любознательность могла обойтись мне слишком дорого.
– Но что-нибудь Эмир говорил?
Петров задумался:
– Кажется, этот человек был когда-то мужем его дочки. Что-то в этом роде.
– Может, ты запомнил имя?! – Святой все еще не терял надежды узнать большее.
– Нет. Сейчас трудно вспомнить. Меня он мало волновал.
– А откуда у тебя дракон?
– Когда зашел разговор о деньгах, я отказался, сам не знаю почему. Старик тогда обозвал меня дураком. Потом сказал, что его дочь тоже не любила деньги… Тогда он спросил, что я хочу взамен.
– Ты попросил статуэтку.
– Две.
– Но получил только одну. Почему?
– Эти драконы бесценны, и каждый из них в несколько раз превышает сумму обещанного гонорара. Старик посчитал, что и одного мне вполне хватит.
– Жадный был твой старик, – зло заметил Дмитрий.
– Справедливый.
– Ладно. В любом случае не такой уж ты и дурак, раз заполучил бесценную статуэтку.
И снова Дмитрий почувствовал на себе укоризненный взгляд Андрея.
– Ты, кажется, ничего не понял, – сказал фельдшер.
– Да, я многого не понимаю, – отрешенно произнес Дмитрий. – Я, например, не понимаю, как известие о смерти Эмира его преемники или наследники смогли сохранять в тайне целых два года, как они смогли, очевидно безболезненно для себя, перехватить все связи Эмира и все денежные потоки…
– Восток – дело тонкое, – процитировал популярного героя фельдшер и невольно улыбнулся. – В сохранении тайны, а значит, и существующего положения вещей были заинтересованы многие, если не все, кто так или иначе был связан с Эмиром и его преемником. Да и за подтверждающими примерами далеко ходить не надо. Взять хоть того же Пол Пота – лет пятнадцать весь мир гадал, жив этот ублюдок или отдал душу какому-нибудь буддийскому богу. Или вспомни фильм «Тень воина» Акиры Куросавы.