– Мы узнали правду лишь после того, как вернулся Хьюго, – промолвила Тереза.
– Каким образом? – вступила в разговор Беверли. – Как вы это узнали?
– Вы не знаете Хьюго. – Тереза вскинула на нее глаза. – Он любит шокировать окружающих и ставить всех в неловкое положение. Он не мог удержаться от того, чтобы увидеть нашу реакцию.
– Значит, мы имеем еще одно преступление, – взглянув на Беверли, произнес Сорвин. – А я надеялся, что мы раскроем те, о которых уже знаем.
– Ваш внук умер. Как это произошло? – обратился Айзенменгер к Тристану.
– Постойте! – воскликнул Сорвин. – О чем это вы?
– А какой еще ребенок может быть захоронен на территории поместья? – спросил его Айзенменгер.
Беверли фыркнула, и этот звук не самым благоприятным образом отразился на взвинченных нервах Сорвина. Он метнул в ее сторону испепеляющий взгляд и повернулся к Айзенменгеру.
– Откуда вы это знаете?
– Но ведь Фиона Блум не является его матерью, – ответил Айзенменгер, не объясняя, впрочем, откуда ему это известно. – Так кто еще это может быть?
Сорвин открыл было рот, помолчал и снова закрыл его.
– Так каким образом погиб ваш внук? – снова спросил Айзенменгер у Хикманов.
Тереза почти сразу принялась плакать, и Тристан обхватил ее за плечи.
– Он был маленьким и болезненным ребенком – вы можете проверить это в больнице – и просто не выжил: умер во сне.
– У него были сломаны ребра, – заметил Сорвин.
– Нелл любила его, – уставшим голосом еле слышно ответил Тристан. – Она не могла смириться с его смертью. Она прижимала его к себе, пытаясь вдохнуть в него жизнь; она несколько дней находилась в истерике.
Все молчали; ни у кого не было оснований не доверять этому.
И лишь Айзенменгер, видя, как Елена сереет на глазах, решил побыстрее покончить с формальностями.
– И это поставило перед вами новую проблему. Конечно, вы могли пойти официальным путем и сообщить властям о смерти Тома, но тогда возникала угроза, что станет известно об инцесте. Вы знали, что вскрытие младенцев предполагает проведение генетической экспертизы, а это могло подвергнуть вас колоссальному риску.
Тристан молча посмотрел на Айзенменгера.
– Поэтому вы похоронили младенца, и вам понадобилась замена, – продолжил тот.
– Фиона Блум, – вмешался наконец Сорвин.
– Вот именно. Фиона Блум уехала из деревни незадолго до этого, и она была беременна.
– Но как они узнали, где ее искать? – спросил Сорвин. – Вряд ли она поддерживала связь с Хикманами.
– Конечно нет. Зато она поддерживала связь с отцом своего ребенка.
– С Грошонгом, – догадалась Фетр.
Айзенменгер кивнул.
– Малькольм Грошонг в течение многих десятилетий служил этому семейству. Он следил не только за ведением хозяйства в поместье, но и присматривал за всеми Хикманами. Он был предан этой семье и готов пойти на все, чтобы ее защитить.