Каждый счастливый день.
– Вот! Вот же ответ! – воскликнула Элен, вырывая из рук Питера набросок со сценой в церкви. – Она хочет, чтобы ваш брак был освящен в церкви! Ее воспитывала бабушка, которая бы не одобрила ваш нынешний брак. Только в церкви. Шейн, ты должен просить у Беатрис прощения. И должен предложить венчаться!
– А вдруг она не согласится? Вдруг она побоится?
– Она переборола свой страх. Сейчас она больше всего на свете боится остаться без тебя.
Вот этого она не выдержит, – сказал Питер.
– Шейн, как ты думаешь, что это за мужчина ведет Бетти к алтарю? – заинтересованно спросила Элен.
– Думаю, ее отец. Смотри, они очень похожи.
– Но ведь Беатрис со дня смерти матери не видела отца. Бабушка запретила ему приближаться и к ней, и к девочке! Неужели Беатрис хочет увидеть отца?
– А что в этом странного? Она поняла, что такое настоящая любовь. Кажется, она готова простить его. Но не думаю, что будет разыскивать. – Питер с грустью посмотрел на Элен и Шейна. – Она сейчас вообще не способна на серьезные действия. Я боюсь за нее, Шейн. Если ты понял, что совершил страшную ошибку, поезжай к Беатрис как можно быстрее!
Шейн покачал головой.
– Нет.
– Что значит – нет?! – взвилась Элен. – Ты хочешь, чтобы она умерла или сошла с ума?
Как романтично! Из-за тебя женщина потеряет рассудок!
– Подожди, Элен! Не кипятись, – попросил Шейн. – Я хотел сказать, что я обязательно поеду к Беатрис, но только, когда сделаю одно важное дело.
Беатрис упаковывала вещи. Ее рейс в Нью-Йорк вылетал через четыре часа, а она все еще не могла уложить чемоданы. Почему-то вещи, которые Беатрис планировала взять с собой, буквально испарялись. Вот только что кофточка была на кровати, а теперь ее там нет. Нет ее и под кроватью, а в шкафу уж тем более.
Без сил Беатрис опустилась на кровать.
Я приняла твердое решение уехать отсюда.
Зачем мне оставаться в городе, где все напоминает о Шейне? Я так сойду с ума. У меня есть шанс начать новую жизнь. Так почему бы им не воспользоваться? Начну новое дело, думаю, и в Америке женщины выходят замуж. И постараюсь больше не совершать ошибок. Больше в моей жизни вообще не будет мужчин. Никогда.
Беатрис подошла к окну.
Мне будет жаль никогда больше не увидеть этих домов, Грин-парка, каштанов и лип, которые совсем недавно посадили. Как же я буду без всего этого? И без Шейна. Ведь, если я уеду, шансов на то, что все можно будет восстановить, практически не останется. Он и сейчас не хочет видеть меня. А когда я уеду в другую страну, ничто не будет напоминать ему обо мне.