– Нет, мне нужно было сначала все выяснить, а уж потом… Но я так испугалась за Донну… Кроме того, ты и тот мужчина в пещере…
– Одно лицо? – грустно усмехнулся Майкл.
Беатрис кивнула.
Донна поднялась со стула и плача бросилась на шею Майкла. Она покрывала его лицо и руки поцелуями, словно одержимая религиозная фанатка, дорвавшаяся до святыни.
– Майкл, я люблю тебя! Почему, ну скажи, почему ты раньше не рассказал мне?! Неужели ты думал, что это меня отпугнет? Как ты, наверное, страдал… А я… я…
Майкл обнял Донну и крепко прижал к себе.
– Я никогда не отпущу тебя. Я рассказал свою историю вовсе не для того, чтобы вызвать твою жалость.
– Я знаю. Знаю.
– Майкл, – начала Беатрис, – обещаю, что, как только вернусь в Колумбию, сразу же уничтожу негативы. Никто никогда не узнает…
– Нет, Беатрис, напротив, ты должна отдать пленку в полицию. Пусть справедливость будет восстановлена. Я устал жить в ожидании, что правда раскроется, что однажды я встречу на каком-нибудь званом ужине знакомого из прежней жизни. Так будет лучше.
– Но Кевин ведь твой брат.
– Прошло уже пять лет, а он ни разу не дал о себе знать. Даже на похоронах родителей не появился. Возможно, его уже нет в живых. А возможно, он живет и здравствует. Как бы там ни было… – Майкл вздохнул.
– Ты уверен, милый? – Донна заглянула в его глаза, однако не заметила в них ничего, кроме безграничной любви и незнакомого ей доселе спокойствия.
– Беатрис, только сделай это после нашей свадьбы, – попросил Майкл, по-прежнему держа Донну в объятиях. – Не хотелось бы омрачать праздник.
– Конечно, после, – твердо заявила Донна, тут же перестав плакать и обретя какой-то внутренний стержень. – Беатрис ведь тоже приглашена на нее. Как же она успеет добраться до Колумбии и вернуться обратно?
Теперь уже и Беатрис не смогла сдержать слез.
– Донна, ты хочешь, чтобы я… после того что натворила? Я ведь едва не разрушила ваше счастье.
– Раз Майкл на тебя не сердится, то я и подавно, – ответила с ласковой улыбкой Донна. – Ты ведь пыталась мне помочь. Так что это я должна просить у тебя прощения.
– Какие глупости…
– Нет, Бетти, не спорь. Я была самой настоящей идиоткой. Приревновала тебя, обвинила в зависти, подлости… Ой, даже вспоминать не хочу. – Донна залилась румянцем и уткнулась лицом в плечо Майкла, желая скрыть вновь проступившие слезы.
– Думаю, я здесь лишняя, – заметила Беатрис, пятясь к двери.
Майкл и Донна молча замерли в объятиях друг друга. Беатрис была почти у самой двери, когда услышала голос Донны:
– Бетти, ты сходишь со мной на последнюю примерку завтра утром?