– Беатрис? – Незнакомый голос принадлежал уже немолодой женщине.
– Да. Это я.
– Это миссис Фингер. Мать Рона.
Господи, я совершенно забыла о нем! – пролетело в голове Беатрис. Только сейчас она вспомнила, что уже дня два не разговаривала с Роном. Если бы не бурный роман со Стивом и не подготовка к свадьбе кузины, Беатрис наверняка бы насторожилась, но так как существовали те самые «если», то Рон оказался вне зоны ее внимания.
– Что случилось? Почему он сам не позвонил?
Женщина на другом конце провода, похоже, крепилась до последнего, но после вопроса Беатрис расплакалась.
– Рон сказал… что вы собирались пожениться, как только ты вернешься. Он так любит тебя… так любит… – Миссис Фингер несколько раз всхлипнула и затихла.
– Вы здесь? – встревоженно спросила Беатрис.
– Да. Рон… он… только… Ради всего святого, не волнуйся! Самое страшное уже позади.
Что же случилось, черт возьми?! – хотелось крикнуть Беатрис, но она не осмелилась грубить немолодой женщине, которая и без того уже рыдала.
– Его уже перевели из реанимации в обычную палату.
– Реанимации? – пролепетала Беатрис.
– Он попал в автомобильную аварию. Не могу поверить, что это произошло именно с ним! – Очередной приступ рыданий прервал ее рассказ.
– Я тоже. – Беатрис закрыла глаза и судорожно сжала пальцами трубку. Рон всегда был таким осторожным и аккуратным водителем. Он бы предпочел опоздать на собственную свадьбу, но ни за что не нарушил бы правил дорожного движения.
– Он даже не был пьян. Просто… наверное, он о чем-то задумался. Мальчик так скучал по тебе, Беатрис… Скорее всего, он думал именно о вашей скорой свадьбе, когда его автомобиль вылетел на встречную полосу.
Ну вот, теперь его мамаша обвинила меня в трагедии, случившейся с Роном, подумала Беатрис. Похоже, манипулирование другими людьми передалось ему по наследству. Привычка решать все за других – отличительная особенность представителей семейства Фингеров. Какого черта Рон растрепал своим родственникам о свадьбе, если она еще не дала ему окончательного согласия!
– Беатрис, когда ты вернешься?
– Сегодня. Я уже собрала вещи, хотя и не знала… о Роне.
– Поторопись, ради бога. Он так ждет тебя. Первое, что он произнес после того, как очнулся, было твое имя. Рон звал тебя.
По щекам Беатрис покатились слезы. Впервые в жизни она чувствовала себя бесконечно виноватой. И впервые в жизни настолько ненавидела человека, из-за которого испытывала сейчас боль и укоры совести. Да, она могла признаться хотя бы самой себе в том, что ненавидит Рона. Ну почему он вечно решает за нее?