Роун взглянул на минида. Порезы на голом скальпе сильно кровоточили, еще больше крови вытекло из разорванного плеча. Шишколобый сел на пол, вытянул ноги, постанывая, и стал словно убаюкивать укушенную руку. Слезы прончистили бледные дорожки на его окровавленном лице.
— Нет, — твердо отказался Роун.
— Что значит нет?
— Я не хочу его убивать. Я с ним и так уже покончил.
Генри Дред все еще протягивал Роуну нож.
— Я сказал, убей его, — требовательно пронскрежетал он.
— Лучше приведи ветеринара, — бросил Роун, — пусть подлатает его как следует.
Генри сначала ошарашенно уставился на Роуна, потом расхохотался.
— Кишка тонка закончить начатое, да? — Он швырнул нож неповоротливому хрониду и кивннул в сторону Шишколобого.
— Веди ветеринара! — выпалил Роун, глядя в упор на хронида. — Только попробуй его тронь, и я тебя убью! — произнес он медленно, стараясь сдержать тяжелое дыхание.
В наступившей тишине было слышно только рыдание Шишколобого.
— Может быть, ты и прав, — разрядил обстанновку Генри Дред. — Живой он будет ходячим примером для всех остальных, забывчивых. Ладнно, Хулан, веди сюда врача. — И он вопрошающе посмотрел на остальных членов команды. — Я же даю малышу полный статус члена экипажа. Есть возражения?
Роун вслушивался в слова капитана, борясь с тошнотворным комом, подкатывающим к горлу. Затем он пошел мимо Генри Дреда между высонкими койками по направлению к коридору.
— Эй, малыш, — бросил Генри Дред ему вслед. — Тебя трясет, как гроака в период линьнки. Черт побери, где твои повязки?
— Я собираюсь вернуться к своей швабре, — безразлично ответил Роун, почувствовавший себя вконец опустошенным; у него сильно болела грудь, и не было сил даже говорить.
— К черту швабру, послушай, малыш…
— Этим я зарабатываю себе на еду, не так ли? И я не нуждаюсь в твоих благодеяниях.
— Пойдем со мной, малыш, — мягко сказал Генри Дред. — Пора нам с тобой потолковать.
Роуна удивило наличие книг в каюте Генри Дреда, капитан же не придал этому удивлению значения. Усадив Роуна в глубокое кресло, он налил два стакана коричневатой жидкости.
— Я поражен, малыш, что ты так долго мог терпеть все эти издевательства, вместо того чтобы сразу показать себя настоящим человеком. Но тенперь надо быть осторожным, кое-кто наверняка захочет прикончить тебя, как только меня не окажется рядом.
— Я постараюсь этого избежать, — заверил Роун. — Но почему они хотят меня убить?
— Тебе еще надо многому научиться, парень. Большинство ребят — гуманоиды. У меня даже есть парочка таких, которые считают себя настонящими землянами. Думаю, в них действительно есть немного земной крови, но их предки поднверглись сильной мутации. Им чертовски не нранвится видеть нас, чистокровных, рядом с собой. Это и делает их именно теми, кем они и являнются, — то есть гуками. — Он глотнул из стакана, выпустив воздух сквозь зубы. — Мне тоже не нранвится работать с гуками, но это лучше, чем жить среди джиков.