— Да, мне так кажется. Но подождем Бака.
— Ну, тогда я пока расскажу о своих неприятностях, — сказал Рейфорд.
Когда он кончил свой рассказ, Брюс улыбался:
— Поклянись, что больше в твоем личном деле никогда такого не появится.
Рейфорд покачал головой и сменил тему.
— Странно, что Бак стал членом нашего узкого кружка, особенно учитывая, что мы его совсем не знаем.
— Мы все новички в этом деле, разве не так? — ответила Хлоя.
— Правильно.
Брюс посмотрел назад и улыбнулся. Обернувшись, Рейфорд и Хлоя увидели в дверях Бака.
Бак не знал, как ему ответить на теплое приветствие Рейфорда Стила. Он высоко ценил теплоту и открытость своих новых друзей, но все же еще испытывал какое-то чувство неловкости и держался чуть отчужденно. С этим чувством у него было связано острое ощущение внутреннего дискомфорта. Чему же будет посвящена эта встреча? Ведь было принято решение, что Отряд скорби будет собираться регулярно, через определенные промежутки времени, так что уже сам факт экстренного созыва говорил, что за этим стоит что-то очень важное.
Поздоровавшись, Хлоя выжидательным взглядом посмотрела на него, но не обняла, как Стил и Брюс Варне. Было очевидно, что вина за ее сдержанность лежала на нем. Они еще мало знали друг друга, но их явно связывала симпатия. Они уже выказали по отношению друг к другу достаточно знаков внимания, чтобы началось их сближение. Глядя на Хлою, Бак признался себе, что его тянет к ней. И все же им следовало проявлять осторожность. Они были еще новичками в вопросах веры. Они только начали постигать, что сулит им будущее. Только идиот может позволить себе думать о серьезных отношениях в подобное время.
А может быть, он как раз и был таким идиотом? Сколько времени ему понадобилось, чтобы начать познавать Христа, притом, что он был блестящим студентом, журналистом международного класса и по праву считался интеллектуалом.
А что происходит с ним сейчас? Ему стало стыдно, когда он подслушивал, как его боссы говорили о нем по телефону. Раньше он никогда не испытывал угрызений из-за того, что подслушивал чужие разговоры. Разнообразных трюков, интриг и способов беззастенчивого вранья, к которым он прибегал, чтобы получить нужную информацию, хватило бы на целую книгу. Может ли он быть по-прежнему хорошим журналистом теперь, когда Бог вошел в его душу, и он стал чувствовать укоры совести даже в мелочах?
* * *
Рейфорд ощущал и неуверенность Бака, и колебания Хлои. Но больше всего его поразило почти мгновенное изменение в выражении лица Брюса. Брюс улыбался, когда Рейфорд рассказывал о своих неприятностях по работе, он улыбнулся при появлении Бака, и вдруг, совершенно неожиданно, его лицо омрачилось, улыбка исчезла. Ему явно стало трудно держать себя в руках.