– Пойдемте к ферме, Сеп. Вы промокли до нитки, а миссис Кларк сейчас поставит чайник.
Он ничего не ответил, и Клэр с беспокойством посмотрела на него.
– Сеп, что с вами? Ведь все люди уже на берегу.
– Да, мисс, все на берегу, за исключением одного, а он рисковал своей жизнью ради них всех.
Клэр почувствовала, как все внутри у нее похолодело. Существовал только один человек, который вызывал у него такое уважение и любовь…
– Ваш… приятель, этот старпом с «Дельфина», не так ли?
Он резко повернулся к ней.
– Для меня он всегда был капитаном «Дельфина», и это он забросил линь на борт.
– Сеп, простите меня, ради Бога. Я не знала. Я думала, что все спасены.
Клэр вспомнила загорелое, гордое лицо, блестящие голубые глаза, пытавшиеся проникнуть в глубину ее глаз и расшевелившие что-то глубоко спрятанное внутри нее. Такую сильную, энергичную жизнь нельзя задуть как свечку, как нельзя было представить его безжизненный труп, вовлеченный в пляску смерти где-то на глубине. Но, собственно, почему нельзя? Другие люди ведь тонут. Почему же мысль об этом наполняет ее чувством, словно она сама понесла какую-то невосполнимую потерю? Этот человек был для нее незнакомцем, тяжелым на руку моряком, который привез Сепу большую пачку табака. У Сепа были причины любить его. У нее их не было.
Она вновь прикоснулась к руке Сепа.
– Ну какой прок стоять здесь и предаваться мрачным мыслям, Сеп! Вы простудитесь и даже можете умереть. Пошли вместе обратно!
– Идите, мисс, идите. Я постою еще немного здесь. Видите, прилив выносит обломки. Вот кусок парусины, какие-то другие предметы, какая-то куча мусора.
– Кто это называет меня кучей мусора, это ты, старый морской волк!
Сеп, испытав настоящий шок, издал пронзительный вопль и устремился к воде.
– Капитан! Капитан! Я вас не вижу, клянусь головой Нептуна!
– Да вот запутался у него в бороде, у этого старого дьявола, и он крепко удерживает меня в своих объятиях, словно лавочник свой кошелек. Ты б, Септимус Томас, лучше вытащил свой нож, выпускающий кишки, или мне, клянусь, никогда одному не выпутаться из этой оснастки!
В голосе его вдруг почувствовалась смертельная усталость.
Клэр бросилась за Сепом в воду, и у нее зашлось дыхание, когда холодная вода дошла ей до бедер. Вдвоем они вытащили на берег большой кусок парусины вместе с оснасткой. Чтобы освободить человека, запутавшегося в его складках, Сеп сильными ударами ножа перерубил веревки, и перед их взором начал выпрастываться из-под брезента капитан Конрад. Лицо его было бледное как полотно, с красными, опухшими веками.