– Сашка, ты? – удивление тут же рефлекторно сменилось на гостеприимство. – Заходи в дом, гость. – Он не сказал «дорогой» и не бросился в объятия, как это было еще совсем недавно, до развала Союза.
– Я не один, – тихо произнес сержант.
– Входите, сколько вас есть, – голос Турпала стал еще глуше, но он все же отступил в сторону, освобождая проход в дом. Сермяжный коротко взмахнул рукой, подавая знак Игорю, сам шагнул внутрь, окидывая острым взглядом убранство сакли. Здесь все было как и в его последний приезд. Старая и большей частью самодельная мебель, нехитрая утварь, домотканые коврики. В дальнем углу стоял деревянный топчан, накрытый тулупом густой овчиной кверху. В соседней комнате, Александр в этом был уверен, также ничего не изменилось. «Прямо какое-то средневековье, даже не верится, что в нескольких метрах отсюда стоит новенький джип «Чероки».
– Добрый вечер вашей хате, – за спиной десантника возникла физиономия Ковалева. Гога вошел в дом и аккуратно прикрыл за собой дверь.
Услышав украинскую речь, Турпал вздрогнул и метнул на гостя гневный взгляд. С «бандеровцами», наемниками из «незалежной», он был в реальных контрах, как, впрочем, и с афганскими моджахедами. Причиной тому стал орден Красной Звезды, который он носил на левой стороне груди. Присмотревшись, он увидел, что спутник его боевого товарища мало походил на туповатых, но амбициозных борцов с москалями, краснолицых, с мутными, как у снулой рыбы, глазами и неизменным спутником – сивушным перегаром.
У блондина волосы были длиннее, чем у Сермяжного, а борода и вовсе отросла «лопатой». Черная полоска свернутой банданы придавала сходство с древним викингом, только почему-то вырядившегося в камуфляжный костюм и вооруженного «калашем» с подствольником.
– Какими судьбами? – сдержанно поинтересовался Нуербеков. Он повернулся к гостям спиной, поставил на стол лампу, рядом положил пистолет. Прихрамывая, подошел к окну и завесил проем буркой.
– Мы бежали из плена, – ответил десантник.
– Из плена? – недоверчиво переспросил чеченец и окинул стоящих перед ним беглецов насмешливым взглядом. – Что-то мне до сих пор не доводилось видеть беглецов в подобном прикиде.
– Одежду, оружие и немного еды мы одолжили у сторожей, утрамбуй шайтан их души, – устало пояснил Сермяжный.
– Значит, кровники уже кинжалы точат, – фраза, произнесенная Турпалом, прозвучала обыденно, как простая констатация факта. Как само собой разумеющаяся, обычная вещь.
– У тебя, Тур, есть шанс отличиться, – с громким щелчком Александр поставил автомат на предохранитель.