Время огня (Шалыгин) - страница 61

Леший оправил униформу, проверил, удобно ли распределен по кармашкам боекомплект и девайсы и оценил баланс ножа, позаимствованного у покойного Иваныча, вывесив финку на указательном пальце. Баланс был отличный.

Снова натужно крякнув, сталкер закинул сумку с импульсниками на плечо и отправился в далекий путь к Выгребной Слободе.

Зачем напрягаться и топать так далеко? Все просто. Только в нейтральной зоне, на рынке Обочина, занимавшем большую часть поселка, ходоки из всех локаций могли отдыхать и свободно торговать хабаром, не опасаясь зачисток военных, самоуправства группировок и наездов мафии, которая, если честно, на самом деле этот рынок и огранизовала. Здесь сталкеры могли посылать в известное место даже узловиков. Конечно, памятуя о том, что за пределами рынка такое поведение может выйти боком.

Согласно неписаному закону Зоны, только на Обочине, единственном крохотном пятачке на все пять локаций, любой ходок мог чувствовать себя в полной безопасности. На территории рынка сталкеры не имели права выяснять отношения, пусть и были кровными врагами. Нейтральная территория являлась нейтральной для всех.

Ходила легенда, что однажды в баре «Пикник», который процветал и до сих пор процветает посреди Обочины, столкнулись нос к носу Командор Хантер и глава Ковчега Хистер. В другом местечке эти образцово-показательные противники непременно порвали бы друг друга в лоскуты. Но на Обочине такое не позволялось никому, вне зависимости от того, насколько могущественен человек за пределами условной границы рынка. Посмей великий и ужасный Командор, либо просто ужасный Хистер нарушить закон о нейтралитете Обочины, отчаянные смотрящие наверняка выперли бы обоих с рынка. Потом охранники Обочины, конечно, застрелились бы, от греха подальше, но их сменщики больше не впустили бы на рынок нарушителей ни за какие коврижки.

Судя по тому, что оба лидера были целы и все смотрящие остались живы, даже бесноватый Хистер сумел сдержать эмоции. Как эти двое не сцепились, когда покинули рынок, – история умалчивала, но на территории Обочины все обошлось, факт.

И вот в эту «грешно-святую» вольницу Леший мог теперь прийти если не королем, то валетом. При товаре, в нормальном прикиде, и с зубами, то есть при оружии. Впрочем, последнее имело второстепенное значение, поскольку при входе на территорию рынка оружие полагалось разряжать, разбирать и прятать в мешок либо сдавать на хранение смотрящим. Закон не менее строгий, чем запрет на разборки.

«Имплант, какой запас энергии в батареях сервов? Можно перебросить часть на охлаждение? А то вспотею еще. Несолидно появляться в обществе взмыленным, как загнанный мерин».