— Ты знаешь, где дом Терлулии?
Тот с явным удивлением оглянулся, но вуаль скрывала выражение его лица.
— Разумеется, сэр!
— Можешь отвезти нас туда?
Кугель забрался на сиденье рядом с Сольдинком. Возница нажал на педаль, соединенную с рычагом, который, в свою очередь, с силой опустил гибкую хворостину на зад дроггера. Животное потрусило через площадь, возница правил им при помощи руля, который, когда его поворачивали, дергал за веревки, привязанные к узким длинным ушам дроггера.
Пока они ехали, Сольдинк разглагольствовал о «Галанте» и их путешествии.
— Червеводы — непредсказуемый народ. Я понял это по Ланквайлеру, который прыгнул на червя и уплыл на север, и по Кугелю, чье поведение чуть менее эксцентрично. Кугеля, разумеется, мы высадим на берег здесь, в Помподуросе, а ты, надеюсь, примешь на себя его обязанности — в особенности, голубчик, если продашь мне хорошего червя по сходной цене.
— Не вижу никаких препятствий, — отвечал Кугель. — Какую цену вы имели в виду?
Сольдинк задумчиво нахмурился под своей чадрой.
— В Саскервое такой червь обойдется в семьсот или даже восемьсот терциев. Если учесть соответствующие скидки, получим примерно шестьсот терциев, что очень даже неплохо.
— Такая цифра кажется несколько заниженной, — нерешительно проговорил Кугель. — Я рассчитывал на большую сумму, хотя бы на сотню больше.
Сольдинк полез в кошелек и отсчитал шесть золотых сотенных монет.
— Боюсь, это все, что я сейчас могу заплатить.
Кугель взял деньги.
— Червь ваш.
— Вот это манера вести дела, вот это я понимаю! — обрадовался Сольдинк. — Быстро и без торговли. Фускуле, ты редкий умница и прирожденный делец! Далеко пойдешь!
— Рад слышать, что вы обо мне хорошего мнения, — ответил Кугель. — А теперь взгляните вон туда — это дом Терлулии. Возница, останови коляску!
Возница, потянув за длинный рычаг, сжал скобами копыта дроггера, заставив животное остановиться как вкопанное.
Сольдинк сошел на землю и оглядел строение, на которое указал Кугель.
— И это дом Терлулии?
— Совершенно верно. Вы увидите ее знак.
Сольдинк с сомнением осмотрел объявление, которое Терлулия прикрепила к двери.
— Вряд ли скромнице пристало писать его красной краской в сочетании со вспыхивающими оранжевыми огнями.
— О, всего лишь маскировка! — беспечно отмахнулся Кугель. — Подойдите к двери, снимите вывеску и внесите ее в хижину.
Сольдинк сделал глубокий вдох.
— Так и быть. Помни: ни полслова госпоже Сольдинк! Пожалуй, сейчас самое время показать ей Пафнисианские ванны, если Бандерваль уже привел ее обратно на корабль.
Кугель вежливо поклонился.