Стемнело удивительно быстро, приличных фонарей еще не придумали, а в густой черноте вдоль заборов и стен стали проплывать жуткие фигуры с поблескивающими в ночи зубами и короткими ножами в руках. Со страху я едва не залезла Алексу на голову, но оказалось, что это была всего лишь артель мирных эфиопов — резчиков по дереву, поздно возвращавшихся с работы домой.
На перекрестке Алекс вдруг остановился, пару раз вздохнул и осторожно начал:
— Алина, только не горячись… Кажется, я нашел единственно приемлемый способ, как нам оставаться вместе, не вызывая лишних подозрений. Понимаешь, как солдат, я должен ночевать в казармах, то есть в палаточном лагере, а туда не пускают посторонних.[1] На постоялом дворе нам двоим поселиться нельзя — сразу заподозрят неладное. Если римский легионер платит за жилье, когда у него есть бесплатное, да еще с трехразовым питанием, значит… Как минимум он шпион, задумавший покушение на царицу! А может быть, и вообще шумерский террорист, собирающийся спалить весь город!
— Э-э, к чему ты ведешь? — подозрительно прищурилась я.
— Просто хочу сказать, что самым логичным разрешением нашей ситуации будет твое житье в лагере в качестве моей… мм… рабыни. Это разрешается уставом и не противоречит исторической традиции! — торопливо выдал любимый и ободряюще улыбнулся, дабы предельно сгладить ситуацию.
— Вэк…
— Только на время операции!
— Вэк…
— Я обещаю не кричать на тебя при людях и не перегружать домашней работой! Только стирка…
— Вэк… Я не ослышалась?! Ты действительно решил унизить меня в глазах всего Верхнего и Нижнего Египта таким изощренным способом? Да чтоб я была рабыней какого-то римского легионеришки…
— Ну спасибо, — проворчал Алекс. — Во-первых, я хотел как лучше. А во-вторых, Рим на данный момент находится в самом расцвете цивилизации. Следовательно…
— Я не буду жить в антисанитарных условиях казарменного общежития! Я вообще терпеть не могу Историю Римской империи — наглые завоеватели и самодовольные итальяшки! Короче, все, прощай навек! Прекрасно переночую одна в гостинице.
— Алина, послушай меня…
— Нет и еще раз нет!
— В последний раз тебе говорю — одумайся!
— По-моему, в первый.
— Не важно. Здесь слишком опасно оставаться одной, тебя могут схватить прямо на улице и увести в настоящее рабство. Да, да, в Александрии, между прочим, часто воруют людей. А будучи (номинально!) моей собственностью…
— О небо! Да таких темных элементов, как ты, я в жизни еще не встречала. Топай к себе в лагерь, да поторопись, а то еще взыскание получишь за то, что вовремя в кроватке не оказался! За меня не беспокойся, на задании не в первый раз, живьем не возьмут… Короче, не пропаду!