— Часть вашего груза составляет скот, не так ли? Насколько мне помнится, это три коровы и восемь свиней?
— Да, — сказал Уайлдер.
— Я приму скот в счет уплаты долга, — произнес Эндрю тихо.
— Ну уж нет! — быстро ответил Уайлдер. — Я не согласен. Продав скот, я могу выручить сумму гораздо большую, чем этот долг.
Эндрю пожал плечами.
— Это, конечно, ваше дело — подобный риск. Вам могут предложить и более низкую цену за них.
Он придвинул к себе чистый лист бумаги и быстро произвел на нем какие-то подсчеты. Когда он закончил, то послал его через стол к Уайлдеру.
— Последние сведения о ценах в колонии, которые мы имеем, прошлогодние. Но исходя из этих цен, стоимость вашего скота не покрывает долга.
Уайлдер молча уставился на цифры. Гардинг подался вперед, наблюдая за лицами молодых людей.
Эндрю сказал:
— Выходит, вам выгодна эта сделка, Уайлдер. Но когда мы завтра прибудем в Порт-Джексон, может оказаться, что цены выросли — в таком случае вы останетесь в накладе.
Он резко ударил по столу кулаков.
— Вы готовы сыграть на это? Я должен вас предупредить, однако, что когда я встану из-за этого стола сейчас, я потребую полной выплаты долга, даже если мне придется взять часть вашего груза, предназначенного на Восток.
Уайлдер вспыхнул от злости.
— Вы так жестоки в своих требованиях, как не подобает джентльмену, Маклей.
— Я не собираюсь вести дела в этой колонии по-джентльменски, — резко сказал Эндрю. — Вы не замечали разве, как мало джентльменов умеют делать деньги? — Он снова пробежался пальцами по колоде. — Ну так как? Принимайте или отвергайте, а мне пора на вахту.
Уайлдер взглянул на Гардинга, на Брукса, но не увидел в их глазах поддержки. Он повернулся к Маклею.
— Хорошо, — сказал он угрюмо, — я согласен.
— Дело сделано! — Эндрю позволил себе слабую улыбку и потянулся за новым листком бумаги. — Так, подпишите, пожалуйста, акт передачи. — Он склонился над листком и начал писать.
Губа Уайлдера презрительно скривилась.
— Я вижу, вы не теряете времени даром.
— Конечно, — ответил Эндрю, не поднимая головы. — Я не для того решил здесь поселиться, чтобы терять время даром.
Уайлдер ничего не сказал. Скрип пера был единственным звуком в комнате, пока Гардинг, прочистив горло, не заговорил:
— Не хотели бы вы также принять в уплату моего долга скот, Маклей?
Эндрю лишь на миг оторвал голову от бумаги.
— Конечно, сэр.
Брукс отодвинул свой стул и, ухватившись за край стола, оторвал от пола передние ножки. От этого движения стол покачнулся.
— Что ж, кажется, я единственный, долг которого так невелик, что может быть уплачен наличными… Я позабочусь, чтобы вы его получили до того, как покинете корабль, Маклей.