Целый месяц Новикову «трепали нервы». Лишь в начале февраля следствие по делу о драке между солдатами прекратилось. Все эти дни единственной радостью для капитана была Даша. Девушка, ни слова не говоря, прижимала его к себе по вечерам и дневное напряжение отпускало. Он теперь не представлял себе жизни без нее.
Новиков сразу после новогодней ночи перебрался жить к Даше в комнату. Вместе они перенесли его вещи и перетащили кровать. Положили на пружины деревянные маты и превратили две кровати в одну, но двуспальную. Большинство офицеров спокойно относилось к их совместному проживанию. В душе они завидовали капитану. Лишь майор Савин никак не мог успокоиться. Чужое счастье резало ему глаза…
Вечером двадцать третьего февраля в клубе состоялась торжественная часть по случаю Дня Российской Армии. Все офицеры и сверхсрочники были в парадной форме, с орденами и медалями на кителях. Приехали жены и невесты офицеров, за которыми специально отправляли в Петербург и расположенный неподалеку военный городок комфортабельный автобус.
После выступлений начались танцы. Даша и Артем остались, чтобы потанцевать. Они оба были счастливы, что нервотрепка наконец-то закончилась и можно вздохнуть свободно. Кое-кто из офицеров бродил по залу уже изрядно навеселе, но подполковник Саранцев решил не заострять на этом внимания, подумав: «Праздник, есть праздник!».
В десять вечера Новиков и Волынцева вышли из клуба, собираясь уйти к себе. Рука Даши лежала в руке Артема. Оба смеялись, вспоминая их первую встречу на вокзале. На площадке у клуба курили трое подвыпивших офицеров. Майор Савин с ядовитым смешком бросил Артему:
— Тёма! А у вас кто кого трахает в постели? Она тебя или ты ее?
Артем резко развернулся, но Даша потянула его за собой:
— Брось! Он же пьяный и сам не знает, что говорит!
Беззлобно бросила в сторону болтуна:
— Дурак! Иди проспись…
Они отправились дальше. Приятели стали уговаривать Савина не лезть к ним. Попытались отвлечь разговором, но офицер не унимался и крикнул им вслед:
— Проститутка!
Новиков решительно развернулся и пошел назад, сказав Даше:
— Теперь это мужское дело! Пожалуйста, не вмешивайся.
Она стояла посреди дороги между общежитием и клубом и смотрела, как ее Тёма шел вперед. Высокий, стройный, плечистый. Двумя прыжками капитан преодолел лестницу и встал перед Савиным:
— Извинись перед Дашей!
Пьяный захорохорился еще больше:
— Еще чего! Все знают, что она с Саранцевым спала. Иначе бы он так не относился к этой…
Больше сказать он ничего не успел, как впрочем и защититься. Мелькнул кулак Новикова, сминая его физиономию всмятку. Артем не рассчитал удара. Пьяный майор покатился по ступенькам вниз и затих на асфальте. Остальные двое даже не пошевелились, чтобы помочь товарищу. Новиков сделал к ним шаг. Один из офицеров пробормотал: