Раннее пробуждение уже дало о себе знать неприятной, голодной пустотой под ложечкой. Зря солгала Альберту. Можно было бы и принять предложение насчет завтрака…
Счет их знакомству пока шел даже скорее на часы, чем на дни. Но чувства, которые Джина испытывала к Альберту, постоянно менялись. Он был ей интересен. Как загадка, как зашифрованный манускрипт, как модернистская картина. Он не похож ни на одного человека, до сих пор встреченного ею. Но он, Джина чувствовала это нутром, относится именно к тем людям, которых она всегда мечтала видеть рядом с собой: необычный, умный, повидавший жизнь и в чем-то наверняка безумно талантливый… Да, он похож на гения. Может, именно это ее привлекает в нем? Собственный недоразвившийся талант, а если быть честной, то талант, загубленный на корню, болезненно бился внутри и тянул ее к этому человеку.
Джина инстинктивно чувствовала с ним какое-то странное, почти невозможное, ничем в принципе пока не подтвержденное духовное родство. Человек ее породы… Сложно все это.
Она заказала завтрак в номер и включила телевизор. Внутри происходила борьба совести и нежелания идти с Альбертом без Мэган. Совесть проиграла. Джина набрала номер Мэган. Он предательски молчал. Судя по всему, Мэган не торопилась возвращаться в отель.
– Ладно. Я еще тебе отомщу. Спрячу косметичку, будешь знать… – пообещала Джина молчащей трубке.
Конечно, можно было позвонить Михаэлю, спросить номер Ганса… Но вот этого Джина точно делать не станет. Она же не какой-нибудь Альберт Ридли, чтобы беспокоить малознакомых людей!
Ей было страшновато оставаться с Альбертом наедине, но, с другой стороны, то, что его внимание не обратится к Мэган, делало мир лучше и приятнее.
Подкрепившись сытным омлетом, который здесь готовили очень недурно, тостами и кофе, Джина попробовала вникнуть в суть происходящего на экране телевизора и в мире, но попытки не увенчались успехом.
Она спустилась вниз в десять двадцать. В холле никого не было, за исключением администратора, портье и Альберта Ридли. Он сидел на кожаном диване кофейного цвета и читал газету. Джина остановилась, потом преодолела какое-то сопротивление и подошла к нему.
– Доброе утро, мисс Конрад, – поздоровался Альберт, не отрывая взгляда от печатных строчек. Джине почудилось что-то прохладно-наигранное в этом.
А может, он уже считает себя хозяином положения?!
– Сделайте одолжение, – Джина опустилась рядом с ним, – называйте меня Джина, а то я чувствую себя странно.
– Хорошо, Джина. Я даже полюбопытствую, с чем связаны ваши ощущения. – Альберт наконец посмотрел на нее.