Ты зря думаешь, что мы послали тебя совсем вслепую, успокоившись немного, продолжал Николь Брилер. Кое-какая информация о странном поведении милитаров во время и после учений у нас к тому времени имелась. Достаточно вспомнить и синдром Вюгге, при котором людям кажется, будто они проливали чужую кровь, и эффект «ложной памяти», когда бывшие милитары «узнавали» абсолютно не знакомых им людей, и, наконец, пресловутый «милитарный психоз», который выражается в приступах беспричинной агрессивности по отношению к окружающим…
Одним словом, говорил Брилер, были все основания полагать, что руководство Объединенных вооруженных сил Сообщества втайне применяет какие-то новейшие средства психогенного воздействия на военнослужащих. И мы как организация, ведущая борьбу против милитаризации человечества, за «юниверсал пис», не могли оставаться безучастными наблюдателями… Но чтобы выступить открыто против поползновений милитаристов на контроль над сознанием людей, нам нужны были доказательства. И поэтому мы послали тебя…
— Снабдив специальной аппаратурой, спрятанной в твоем медальоне, Ян, — добавил Дефорски.
— И ни слова не сказав мне о том, что меня ждет, — в тон ему сказал я.
— Извини, — сказал Брилер. — Нам важны были свидетельства неосведомленного человека. И потом, мы же не предполагали, что воздействие на психику окажется таким мощным!
— Ладно, прощаю вас, негодяев. Но и у меня есть к вам вопросы.
— Валяй, — добродушно ответствовал шеф.
— Зачем им это все понадобилось? И неужели субкоммандант ломал комедию, прекрасно зная, чем обусловлено мое буйствование в ЦУОРБе?!. И уж совсем не могу поверить в то, что меня разыгрывала вся группа лейтенанта Бикоффа!
— Все очень просто, Ян, — сказал Брилер. — Об этой затее наверняка знали лишь члены самого высшего командования — возможно, даже Ченстохович не входил в их число… А что касается рядовых милитаров — не исключено, что в ходе воздействия им «стирали» память о внушенных картинках и создавали нечто другое: будто бы они действительно участвовали в учениях, не более того… Впоследствии, однако, наиболее сильные переживания, отложившиеся на уровне подсознания, могли всплывать на поверхность у самых неуравновешенных личностей. Таких, я думаю, оперативно упекали в психушки — если они не успевали покончить с собой под влиянием комплекса неосознанной вины. Другие же были обречены мучиться кошмарами… Вообще-то, ты молодец, что свалил все на свою контузию. В противном случае Ченстохович мог сообщить о тебе по команде, а соответствующие армейские боссы сделали бы весьма неприятные оргвыводы…