2
При унитарных режимах, священное цементировало общественную пирамиду, в которой от сеньора до слуги, любое отдельное существо занимало своё место в соответствии с волей Провидения, мировым порядком и удовольствием короля. Плотность всего этого здания, разъеденного ядовитой критикой молодой буржуазии, исчезла, не уничтожив при этом, как мы знаем, тень божественной иерархии. Разобранная пирамида, далёкая от уничтожения бесчеловечного, фрагментирует его. Различима абсолютизация мелких отдельных существ, маленьких «граждан» появившихся на свет благодаря социальной атомизации; воспалённое воображение эгоцентризма возводит во вселенной то, что уже содержится в одной точке, схожей с тысячами других, со свободными песчинками, равными и братскими, суетящимися здесь и там, подобно множеству муравьёв, когда разрушены лабиринты их домика. Остались только такие линии, которые стали толпами с тех пор как Бог перестал предлагать им точку сближения, линии, что переплелись и распались в явном беспорядке; поскольку ничто не ошибается: несмотря на анархию конкуренции и индивидуалистическое одиночество, интересы класса и касты соединяются, выстраивая геометрию, сопреничающую с божественной геометрией, но нетерпеливой в новом обретении своей последовательности.
Итак, последовательность унитарной власти, хотя и основанной на божественном принципе, является ощутимой последовательностью, интимно переживаемой каждым. Материальный принцип фрагментарной власти не предоставляет, парадоксальным образом, абстрактной последовательности. Как организация экономического выживания безболезненно заменит имманентного Бога, присутствующего всюду и всюду призываемого в свидетели полностью лишённых значимости действий (когда режут хлеб, чихают…)? Предположим, что светское правительство людей, может, с помощью кибернетиков, стать равным всемогуществу (в любом случае довольно относительному) феодального господства, которое обеспечивает — и как? — мифическую и поэтичную атмосферу, которой окружена жизнь общин с социальной солидарностью и придать им, неким образом, третье измерение? Буржуазия точно и чётко попалась в ловушку полу—революции.
*
Количественное и линейное смешиваются друг с другом. Качественное многовалентно, количественное однозначно. Разбитая жизнь становится линией жизни.
Сияющее восхождение души к небесам сменилось клоунскими перспективами будущего. Любой момент больше не излучается в циклическом времени старых обществ; время — это нить; от рождения до смерти, от воспоминаний о прошлом к ожиданиям будущего, вечное выживание тащит за собой последовательность моментов и гибридного настоящего в равной мере перегрызаемого временем, которое ушло и временем, которое грядёт. Чувство жизни в симбиозе с космическими силами — это чувство одновременности — открыло перед нашими предками радости, которые наше