— Отключите мальчика от систем. Снимите с наркоза, — властно потребовала она и не без удовольствия отметила, с какой поспешной готовностью оператор и ассистент Хилла бросились исполнять ее приказание.
Прошли долгие, невыносимо томительные минуты, прежде чем веки юноши дрогнули и затуманенный взор скользнул по напряженно взволнованным лицам людей в белых халатах, столпившихся вокруг него.
С материнской нежностью Клара взяла Гроэра за руку:
— Вставай, мой мальчик. Нам пора.
По мере того как сознание возвращалось к Гроэру, взгляд его становился все более тревожным. Наконец он узнал Клару.
— Где я?! Что происходит?..
Люди вздрогнули, попятились. Гроссе умер, но в стенах операционной снова звучал его голос. Их парализовал суеверный страх.
— Успокойся, дорогой. — Клару переполняло торжество собственника, отстоявшего в неравном бою объект своих притязаний. — От голода у тебя закружилась голова, и ты потерял сознание.
Свесив босые ноги, Гроэр сидел на операционном столе, с любопытством озираясь по сторонам.
Сотрудники смотрели на него затаив дыхание, боясь верить своим глазам: Гроссе восстал из мертвых, оставив по ту сторону черты половину прожитых лет.
Блуждающий взгляд Гроэра натолкнулся на неподвижное тело Учителя Милдред успела прикрыть его простыней, но голова осталась открытой.
— Что с ним?! — воскликнул юноша в странном смятении.
— Ничего страшного, — голос Клары звучал ровно, спокойно. — Он тоже почувствовал себя плохо, и ему дали снотворное. Пусть поспит. А мы поедем домой. Нас ждет хороший ужин. Тебе нужно подкрепиться и отдохнуть.
Отыскав глазами сестру Хилла, Клара потребовала тоном, не терпящим возражений:
— Элизабет, подайте ему одежду. Он может простудиться.
Сестра бросилась в донорскую.
С той минуты, как Гроэр пришел в себя и заметил неподвижное тело Гроссе, его взгляд постоянно возвращался к нему. Это был странный, необъяснимый взгляд: без любопытства или удивления, без страха, без волнения, без участия.
— Идем. — Клара взяла его за руку.
Он последовал за ней с безвольной покорностью. Никто даже не сделал попытки преградить им дорогу.
Клара привезла свою добычу в дом Гроссе, который теперь по праву могла считать своим собственным.
Двери отворила всклокоченная заспанная экономка. И, не заметив подмены, проворчала:
— Ужин на столе. Я накрыла в гостиной, как вы приказали.
— Благодарю, вы свободны, — холодно сказала Клара.
Гостиная тонула в красном полумраке. Клара не стала включать верхний свет, решив, что так уютнее и спокойнее.
— Клара! Ты всегда будешь помогать мне постигать этот огромный мир? — с серьезной торжественностью спросил Гроэр. — Ведь Учителя больше нет. Он мертв.