– Алимхан! Заур! Вы что там, уснули? – послышался чей-то голос.
Ротный поднял руку вверх. Игнат остановился, направляя оружие на голос. Никонов жестом остановил его действия. Сейчас даже бесшумный выстрел мог привлечь внимание остальных бандитов. Достав штык-нож, капитан взял его за лезвие, взвешивая на руке. Он любил метать всякое холодное оружие и постоянно упражнялся. Эти занятия не прошли даром. Со временем капитан мог любую железку бросить точно в цель.
Когда он увидел солдатский ботинок, ступивший на ступеньку, ротный сделал шаг в сторону, оказавшись на одной линии с боевиком. Свист летящей стали разрезал воздух. Скорость запущенного ножа была настолько высокой, что капитан еле-еле успел подоспеть к падающему боевику, чтобы его подхватить. Ручка ножа торчала из левого глаза бандита. Подоспевший Игнат только помотал головой, увидев эту картину. Выдернув нож, капитан, не вытирая крови, сунул его обратно в ножны.
Двигаться дальше не имело смысла, так как на втором этаже находилась основная масса боевиков. Вдвоем с Игнатом они просто будут не в состоянии противостоять им. Ротный включил рацию.
– Первый! Первый! Это капитан Никонов!
– Терпение, капитан, сейчас начинаем! – прозвучал голос генерала.
– Я уже в здании, проход на второй этаж свободный!
– Как в здании? – хотел возмутиться генерал, но тут же осекся. – Сколько вас?
Ротный обернулся и увидел, как по лестнице к ним направляется Федор со своим взводом.
– Порядка десяти бойцов!
– Оставайтесь там на случай, если боевики вздумают покинуть здание! Мы начинаем!
– Есть!
Дальнейшая операция развивалась по известному сценарию. Вторая группа местного спецподразделения, как тараканы, полезла из всех щелей, не давая боевикам опомниться. Они было бросились отходить, но шквальный огонь Никонова и его бойцов не дал им этого сделать. Они оказались в таком стальном кольце, из которого выбраться было невозможно…
После того как все закончилось, генерал Зайцев сказал капитану:
– Твое счастье, капитан, что все закончилось благополучно. Как боец и как командир ты, конечно же, молодец, но запомни одну истину: если каждый начнет действовать по своему усмотрению, то получится настоящий бардак. А в армии бардак недопустим!
Генерал оказался хорошим мужиком и не доложил тогда о своеволии капитана. Наоборот, послал в штаб армии рапорт на его имя с просьбой о награждении. Но, как это часто бывает, нашлись некие «доброжелатели», которые все же донесли о неподчинении ротного, и вопрос о награде закрыли…
– Не спишь, командир? – прервал Федор воспоминания ротного.