– Я постараюсь… – робко пообещала Виола, которой надоели расспросы и хотелось как можно скорее ускользнуть из-под испытующего взгляда этой женщины.
– Вы сами – возможно. Однако у меня сложилось впечатление, что ваша мачеха – женщина необычайно решительная…
Снова наступило молчание. Первой его нарушила Виола:
– Я думаю, она понимает, что после замужества я уже не смогу… помогать ей, как раньше…
– Надеюсь, что понимает! – энергично подхватила леди Давенпорт. – Впрочем, есть и другой путь – вы могли бы попытаться убедить Рейберна в своей правоте. Представляю его во главе одной из ваших демонстраций – молодой, красивый, импозантный! По-моему, он будет выглядеть весьма мило, вы не находите?
Дрожащей рукой Виола поставила чашку, и та слегка стукнула о блюдце.
– Боюсь, что мне уже пора уходить, леди Давенпорт, – сказала она. – Дома меня ждут дела. Благодарю за приглашение.
– Я тоже была рада познакомиться с вами, – невозмутимо ответила леди Давенпорт. – Правда, мы так и не поговорили о свадебном подарке, но поверьте – я намерена уделить этому вопросу самое серьезное внимание! Это должно быть нечто очень интимное, что может подарить только старый добрый друг… Не сомневаюсь, что дорогой Рейберн оценит такой подарок!
В ее голосе зазвучали странные нотки, которые заставили Виолу вздрогнуть от недобрых предчувствий.
Она поднялась с дивана, одержимая одной мыслью – поскорее выбраться из этого дома, подальше от этой женщины, каждое слово которой источало яд.
Впрочем, к самим словам как раз было трудно придраться. Зловещий смысл придавал им тот тон, с которым произносила их коварная дама.
Леди Давенпорт тоже медленно поднялась с кресла.
– До свидания, дорогая мисс Брэндон, – любезно произнесла она. – Позвольте еще раз поблагодарить вас за удовольствие, которое вы мне доставили своим визитом. Моя карета доставит вас домой.
С этими словами она позвонила в маленький серебряный колокольчик, стоявший на чайном подносе, и в дверях тут же показался дворецкий.
– Большое вам спасибо, – снова повторила Виола. – До свидания!
Ей стоило больших усилий спуститься по лестнице, не ускоряя шаг, и так же неторопливо сесть в карету – будь ее воля, Виола умчалась бы бегом, прочь от этого ненавистного дома и его злоречивой хозяйки!
Лишь через несколько минут, когда карета уже катила по улице, девушка перевела дух. У нее было такое ощущение, что она только что вырвалась из когтей пантеры.
«Что за ужасная, злая, коварная женщина! – думала Виола. – И в то же время такая красавица… Ну разве может Рейберн не любить ее?..»